— Что ж, рада сообщить, что у меня есть хорошие новости, — вмешалась миссис Адани. — Мистер Адани связался с очень важным адвокатом в Бристоле, с которым он работал несколько раз. Его зовут Джолион Крейн, и он назначил тебе встречу в его офисе в понедельник на самое утро, перед тем как он пойдет в суд.

Спенс в изумлении повернулся к ней, и его глаза наполнились слезами, когда он крепко обнял ее.

— Я же говорил: без вас мы как без рук, — заявил он, — теперь вы согласитесь со мной?

Она улыбнулась.

— Благодарите за это мистера Адани, — напомнила она ему. — Он шлет вам наилучшие пожелания и хочет, чтобы вы знали: если он еще чем-то может помочь, то мы обязательно должны позвонить ему.

— А этот солидный адвокат согласен оказать помощь бесплатно?

— Мистер Адани говорит, что, скорее всего, да, но лучше обсудить это с мистером Крейном.

— Вот, — заявил Дэвид, протягивая ему смартфон, подключенный к Интернету, — это регалии Джолиона Крейна. Старший партнер фирмы; президент Бристольского общества юристов; двадцатилетний опыт защитника; выступал адвокатом в делах о предумышленном убийстве, убийстве по неосторожности, сексуальном насилии и грабеже… Тут целая куча всего. Я думаю, если нам удастся заполучить его на свою сторону, то это значит, что папе удалось вытащить суперкролика из своей шляпы.

Миссис А. гордо улыбнулась.

— Дорогой Раджан, — заметила она, — даже когда он далеко, он с нами. А теперь мне нужно отвезти вас, молодые люди, обратно в Бристоль, или я опоздаю на встречу.

— А я должен повидаться с Никки, — напомнил ей Спенс. — Я благодарю Бога — и мистера А. — за то, что у меня есть хорошие новости, потому что если уповать на ее родителей… Ладно, думаю, пора мне поразмыслить над тем, что мне рассказать ей о них.

Адель Грант мерила шагами гостиную: она была так возбуждена, что никак не могла заставить себя остановиться.

— Не может быть, чтобы у тебя не было нужных знакомых! — в сотый раз кричала она мужу. — Ты столько лет управлял чужими финансами, и, конечно же, хоть один из твоих клиентов должен быть адвокатом!

— Да, и не один, — уступил Грант, просматривая записную книжку, — но мы все потеряли много денег, Адель, и я уверен, что нет необходимости напоминать тебе о том, что большинство из них обвиняет в этом меня. Будет не так-то просто просить их выручить нас, особенно сейчас, когда мы даже не в состоянии заплатить им.

— Но мы можем продать облигации, которые ты бережешь на случай крайней необходимости, потому что, если уж это не крайняя необходимость, тогда я не знаю, какой она может быть.

В этот момент Грант словно еще сильнее ссутулился.

— О Господи, — прошептала она. — Пожалуйста, Джереми, только не говори, что ты их уже потратил! Как? Когда?

Он поднял дрожащую руку, чтобы вытереть слезы с глаз.

— Все ценное, что у нас еще осталось, — сказал он, — это твоя машина.

Она зашаталась и закрыла лицо руками. Затем, внезапно поняв, что он задыхается, она подбежала к нему.

— Джереми, что с тобой? — воскликнула она.

— Я… Нет, ничего! — простонал он.

— Сердце? У тебя что-то болит?

— Все нормально. Уже… уже проходит.

Она сжала его ладони.

— Давай, я вызову «скорую»!

Он покачал головой.

— Сначала нужно разобраться с этим, — напомнил он ей. — Я… займусь продажей твоей машины.

Но Адель слишком волновалась о его здоровье и потому сказала:

— Посиди минутку спокойно. Слабость есть? Может, тебе что-нибудь принести?

Его глаза закрылись, и он откинулся на спинку кресла. Его кожа казалась серой и дряблой, а щеки были мокрыми от слез.

— На тебя столько всего навалилось, — всхлипнув, заметила она, и по ее лицу тоже потекли слезы. — Стресс, то, что все винят тебя в своем финансовом крахе, а теперь еще и Николь…

— Все нормально, — перебил он жену, поглаживая ее руку. — Мне просто нужно немного спокойно посидеть.

Страх никак не отпускал ее.

— Я принесу тебе чаю, хорошо? — предложила она. — Или виски?

Прошло какое-то время, прежде чем он ответил:

— Пожалуй, виски.

Подойдя к тележке с напитками, она вылила остатки «Гленфиддик» в бокал без ножки и подала ему.

Когда Грант сделал глоток, его бледные щеки немного порозовели.

— Мы ужасно обошлись с этим мальчиком, — заметил он. — Парень потерял сына, а мы…

— О Джереми, перестань! — жалобно простонала она. — Я знаю, мне не следовало так вести себя. Я не понимала, что делаю, и теперь мне так стыдно. Он пытается помочь ей, а я…