— Лично я не стала бы ей и на грош доверять. Стоит тебе только пустить ее в дом или в свою жизнь, и не успеешь оглянуться, как она сбежит с Заком, и мы никогда больше его не увидим, а ведь нам этого совершенно не хочется, не так ли? — сказала она Заку, которого держала так, чтобы он мог перебирать ножками у нее на коленях. — О нет, мы не хотим, потому что ты — самый лучший мальчик на всем белом свете, и мы никогда не допустим, чтобы с тобой случилось что-то плохое, о нет, ни за что!

Поскольку Кристин, фактически, озвучила худшие опасения Никки, она не пыталась оправдать себя или Терри; она просто повернулась к Дэнни, когда он сказал:

— Если уж речь зашла об этом, то я поддерживаю Кристин. То, что случилось с этой женщиной, действительно просто ужасно, но ты ее совсем не знаешь, Ник, а значит, не имеешь ни малейшего представления о том, насколько она нормальная или, наоборот, чокнутая.

— Ладно, ладно, я поняла ваше мнение, — примирительно сказала Никки, — и не стану спорить. Мне просто действительно очень жаль ее, вот и все. Как бы там ни было, его светлости пора обедать; так что если вы собрались идти на «Фабрику», то идите, а мы присоединимся к вам, когда он закончит трапезу.

— Я останусь с тобой, — сказал Спенс, забирая у Кристин сына.

Сомневаясь, что однажды ей наскучит смотреть на то, как Зак лежит на руках своего отца, Никки взяла его и восхищенно хихикнула, когда Спенс положил ее ноги на пуфик, который он купил специально для периодов кормления грудью. Зак был сегодня особенно хорош в своем темно-синем комбинезончике с красными кнопками в форме плюшевого медвежонка — одном из многочисленных подарков, которые Спенс привез домой за последние два воскресенья. Теперь же он пробудет с ними целых две недели!

Когда она устроила Зака поудобнее, а остальные начали надевать шарфы и пальто, чтобы выстоять перед резким ветром на улице, Спенс сказал:

— Я на секунду отлучусь: хочу перемолвиться словом с Дэном, пока он не ушел. Ты же справишься сама?

Удивленно подняв брови, она ответила:

— Думаю, да. Захвати заодно детские влажные салфетки из ванной на обратном пути. На шкафчике лежит новая упаковка.

Почтительно поклонившись в шутку, он вышел в холл и, схватив Дэнни за руку, пока он не ушел, заявил остальным: «Я должен заплатить ему свою долю за аренду, иначе он не сможет покупать вам выпивку», — и, игнорируя изумление на лице Дэнни, потащил его в кухню и закрыл за ними дверь.

— Не было никаких звонков или СМС до того, как ты уехал сегодня утром? — спросил его Спенс.

Мгновенно поняв, о чем он, Дэнни ответил:

— Нет, не было.

Эти слова, похоже, озадачили Спенса.

— Значит, номер телефона в доме ее родителей больше не обслуживается и номер мобильного, который я переписал из телефона Никки, тоже не работает. Или работает, просто ее отец проигнорировал мое сообщение.

— Я так понимаю, по электронной почте ты тоже ответа не получил? — уточнил Дэнни.

Спенс покачал головой.

— А девушка, которая подошла к телефону в его офисе, заявила, что не может сообщить мне, когда он вернется.

— Гм, все «страньше и страньше» [10] , — пробормотал Дэнни. — Мне приходилось слышать о пропавших детях, но никогда — о пропавших родителях. Ты нашел номер мобильника ее матери?

Спенс снова покачал головой.

— Я мог бы как-нибудь попытаться съездить в Бат в ближайшие несколько недель, поскольку у меня появилось немного свободного времени. У тебя есть адрес?

— Конечно, их дом чертовски легко найти. Грейт-Палтни-стрит начинается сразу за мостом, если ты знаешь, где это. Один из потрясающих домов с террасами в георгианском стиле, которые встречаются по всему Бату. Я проверю адрес и вышлю его тебе СМС, чтобы он был у тебя в телефоне. Как я понимаю, с Никки они не связывались?

— Если бы связывались, она бы мне сказала, и, следовательно, ответ отрицательный. Сложно будет выбраться туда, не говоря ей, куда я направляюсь. Но, думаю, я найду способ, когда придет время.

— Слушай, почему бы мне не съездить туда завтра, на обратном пути в Лондон? — предложил Дэнни. — Я всегда могу сойти с поезда в Бате, нанести им короткий визит и сесть на следующий. Они ходят через каждые полчаса.

— Это было бы здорово! — воскликнул Спенс, хлопая его по плечу. — Только не говори пока об этом Никки, потому что, если они переехали, ничего ей не сказав… — он покачал головой, недоумевая, зачем им так поступать. — Давай сначала выясним, так ли все обстоит, — решил он. — Если так и есть… ну, в общем, тогда и решим.