— Приложу все силы.

— Замечательно. Итак, каким образом Вы попали на полигон?

— Куда?!

— На специальный сибирский полигон.

— Какой полигон? Какая Сибирь? Я с Украины, из Полтавы. Где Украина и где Сибирь. Я что в дурдом попал?

— Двадцать третьего марта во время проведения учений, на территории полигона был зарегистрирован неизвестный энергетический всплеск. Посланная по тревоге группа захвата на месте происшествия обнаружила Вас в бессознательном состоянии и доставила на базу. Вы две недели пробыли в коме. А теперь объясните, пожалуйста, каким образом Вы попали на полигон.

— Максим Викторович, я понятия не имею, о чём вы говорите. Последнее, что я помню — как собираюсь в пятницу вечером пойти погулять с женой и сыном. Но был не март, а июнь. Как прошел почти год и как я оказался на территории России я не знаю.

— Что думаешь, Владимир? — обратился Максим Викторович к конвоиру.

— Все, правда, от первого до последнего слова. Никаких следов внушения, ментальных блоков или попыток скрыть мысли. Он открыт как книга, читай, что хочешь. Результаты предварительного сканирования полностью подтверждаю.

— Интересная получается картина.

— Не то слово.

— Может, вы объясните мне, что происходит? — вмешался я — Раз уж выяснилось, что я ни в чём не виноват.

— Попробуем. Скажите, какой сейчас год?

— Это, что тест на работу мозгов после комы? Если мои последние воспоминания относятся к июню, а сейчас апрель — две тысячи четырнадцатый.

— Как интересно, — Максим Викторович явно был удивлен и заинтересован. — Но Вы немного ошибаетесь Глеб, сейчас три тысячи девятьсот восемьдесят шестой год.

— У Вас отвратительное чувство юмора, Максим Викторович. За то время, которое я нахожусь в сознании, мне довелось увидеть несколько странных вещей, но это не заставит меня поверить в перемещение на две тысячи лет.

— Молодой человек, верите вы или нет, для Вас это объективная данность, с которой придется смириться.

— Какая данность? Как я могу свободно с вами общаться? Или за две тысячи лет язык совсем не изменился? Быть такого не может.

— Ну, с этим как раз все просто. Вы попали на территорию особо охраняемого военного объекта, и мы не могли не начать собирать о Вас информацию любыми доступными методами.

— Это, какими?

— Не перебивайте, пожалуйста, я все расскажу. Так вот, нам нужна была информация. Мы опасались что, Вы вражеский агент. Параметры излучения, предшествовавшие Вашему появлению, были сходны с телепортационными полями. Нет, телепортировать людей и предметы мы пока не умеем, — опередил мой вопрос Максим Викторович — но работы ведутся во всех странах уже давно и определённые наработки есть. Поэтому, мы подвергли Вас мозговому сканированию. Представьте наше удивление, когда мы не обнаружили не только минимальной защиты, которую умеют ставить даже дети, но и кучу образов показывающих древний мир примерно двух тысячелетней давности. В одежде содержались химические вещества, которые не применяют уже более полутора тысяч лет. Да и сам ваш организм не содержал веществ, которые содержатся в организме любого современного человека. После всех процедур мы на девяносто пять процентов были уверены в том, что вы не вражеский агент, а путешественник во времени. Поэтому позаботились, о том, чтобы устранить языковой барьер. Обычная гипнопрограмма изучения языка, правда слегка откорректированная с учетом применения, и вот мы можем спокойно общаться. Вопросы в начале разговора были нужны, чтобы убедиться в правильности наших выводов. Следы глубокого воздействия можно скрыть за самой простой защитой, но Вы её не поставили. Владимир сканировал Вас во время ответов на вопросы и подтвердил все наши предыдущие выводы.

— Все равно не убедительно.

— Какой Вы все-таки не доверчивый. Ну, ладно, такого в ваше время точно не было.

С этими словами он закатал рукав левой руки до локтя и дотронулся пальцем до запястья. Над рукой моментально появился прозрачный прямоугольник синего цвета длинной сантиметров двадцать и шириной пятнадцать. Со стороны изображение, появившееся на прямоугольнике, до боли напоминало экран планшета. Не останавливаясь на достигнутом, Максим Викторович начал тыкать пальцами в прямоугольник. После непродолжительных манипуляций над рукой появился второй прямоугольник, раза в полтора больше, и под прямым углом к первому. С самодовольным видом кота, объевшегося сметаны, особист последний раз что-то нажал и посмотрел на меня.

Одновременно с последним нажатием, на тыльной стороне большего прямоугольника появилось изображение симпатичной девушки в строгом деловом костюме неизвестного покроя. Девушка сидела за столом в комнате сильно напоминающей телестудию. На заднем фоне была звездная карта, содержащая где-то три-четыре десятка звёзд.

— … их корабли. Шраны заявили, что впредь не потерпят подобного вмешательства в свои дела.

А теперь внутриполитические новости. Сегодня в пятнадцать часов по земному времени Император, в сопровождении своего космофлота, отбыл к Земле на празднование очередной годовщины образования Империи. Пожелаем ему благополучного прибытия.

Тяжелый крейсер "Гром" из состава Белорусского космофлота уничтожил пять фрегатов талиров, которые незаконно пересекли границу системы Окраинной и пытались заняться пиратством. Ещё двум фрегатам удалось уйти.

Максим Викторович погасил экран.

— Ну как? Теперь веришь?

— Охренеть! Что это такое?

— Значит веришь. Это голографический коммуникатор — сокращенно голоком. Выполняет функции телефона, телевизора, фотоаппарата, видеокамеры и компьютера.

— Где находится сам прибор? И как такое вообще возможно?