– Я ему все пальцы переломаю, – бурчал Ястреб, вновь усаживая отмычку.

И только Архимедик был паинькой – прикорнул на земле у вездехода и кайфовал, ни на что не обращая внимания.

Чвиль подошел ко мне, встал рядом, напряженно вглядываясь в оживающие по очереди аномалии.

Сейчас перед нами застыла отвратительная зелень «ведьминого студня». Я смотрел на него во все глаза. Старался даже не моргать, чтобы не упустить чего-то важного, какой-нибудь намек на то, что эта аномалия безопасна.

Внезапно мне показалось, что зеленоватая рыхлая поверхность стала переливаться радугой, словно в масляном пятне. Или это у меня уже в глазах зарябило от долгого напряженного разглядывания одного и того же пейзажа?

Я сморгнул, прищурил глаза. Радуга не исчезла. В душе против воли забрезжила надежда.

– Масло на поверхности! Марат, видишь? – возбужденно спросил я у Чвиля.

– Э… Вроде нет, – засомневался он.

– Что там? – вмешался Сумрак.

– «Студень» изменил цвет, – торопливо пояснил я.

– М-да? – с сомнением протянул Коля, разглядывая аномалию. Кажется, он не увидел ничего особенного, как и Марат. – Думаешь, «выигрышный шар»?

– Почти уверен в этом! Семь из десяти.

– Запускайте отмычку, – тотчас скомандовал Сумрак. Он поверил мне безоговорочно. А может, просто устал ждать.

Литва сделал шаг к Архимедику, но тот внезапно вскочил на ноги и приказал:

– А ну стоять!

Его голос звенел от напряжения, а в руке был… пистолет! И ни малейшего следа наркотического куража.

Похоже, Архимедик не принимал вечернюю пайку – только сделал вид. Как и Рубик. Он перестал изображать идиота и встал рядом с Архимедиком, сжав кулаки. Их обоих трясло от напряжения, но на лицах читалась решимость.

Литва замер, глядя на взбунтовавшихся отмычек сквозь прищур. Видно, прикидывал, есть ли в пистолете патроны и сколько.

– О-па! – Утюг изумленно вытаращился на Архимедика. – Ты где ствол надыбал, чудила?

– Не твое дело, – отрезал Архимедик и окликнул Сумрака: – Коля, ты же обещал, что будет жребий. Давайте тянуть соломинки. Иначе всех положу. Мне терять нечего!

– Ну ты дурак! Сейчас в «лото» выигрышный шар! У нас есть шанс выбраться отсюда. Понимаешь? Выбраться без потерь! – заорал на него Сумрак. – Не веришь, спроси Трын-траву.

– Раз так уверен, пусть первым идет кто-то из вас, – возразил Архимедик.

Он явно уперся рогом, и его не переубедить.

– Время ж уходит, – простонал Чвиль. – Сейчас аномалии сменятся – и конец!

– Ах ты паскуда! – взревел Утюг и бросился на Архимедика.

Раздался выстрел. Потом еще. Стреляли из двух стволов – это в потасовку вмешался Литва.

Всё произошло очень быстро.

Чвиль моментально залег, опасаясь попасть под шальную пулю. А Сумрак выхватил пистолет и направил на меня:

– Не вздумай дергаться, Трын-трава.

Стрельба закончилась так же внезапно, как началась. На земле лежали Архимедик и Рубик. Литва сидел рядом, постанывая и зажимая руками живот, Утюг ругался матом и тряс рукой.

– Серега, Славик, живы? – окликнул их Сумрак.

– Почти, – Утюг посмотрел на Литву. – Этот урод ему прямо в брюхо маслину загнал. А я кулак о Рубика сбил.

– С отмычками что?

– Архимедик готов. А Рубика я только вырубил, – отчитался Утюг.

– С-суки, – прохрипел Литва. – Промедол дайте. И кровь надо остановить. У нас в аптечке есть зажимы?

– Сейчас, потерпи, – Чвиль направился к нему, а Сумрак посмотрел на меня.

– Дурить не будешь, Трын-трава?

– Нет.

Я не соврал. Какой мне смысл продолжать бузу без оружия, когда они все начеку?

Коля кивнул и велел Чвилю:

– Грузи Литву в машину, там зашьетесь. Утюг, а ты Рубика сюда тащи. Да пошустрее, пацаны, пока выход не закрылся!

– Погоди, – Чвиль наклонился над Архимедиком, пощупал ему пульс. – Этот пока жив, давай его, а Рудик еще на БЭМЗ пригодится.

– Шустрее, пацаны.

– Ястреб, помогай, – велел Чвиль.

Они вдвоем подхватили Архимедика, подтащили к каланче. Одежда на груди у него была черная от крови.

– Эй, очнись, слышишь? – Марат всадил в шею Архимедика шприц. Похлопал по щекам. – Давай открой глаза.

Архимедик зашевелился, застонал.

– Ништяк, – обрадовался Чвиль. – Серега, действуй.