— Как ты мог так долго отсутствовать! — орала я, — ты знаешь, что тебе опасно покидать замок? Ты не должен так безответственно относиться к своей жизни! — и еще много всего в этом роде… Корсар и Конрад смущенно отвели глаза. Лицо же Ленара превратилось в неподвижную маску. Он решительно подхватил меня под руку и молча повел в кабинет.

— Я запрещаю так со мной разговаривать, — отрезал он, когда мы остались вдвоем за закрытой дверью, — я не мальчик, что бы слушать твои упреки… Я уже пожалела о своей скандальной вспышке и просто взволнованно кусала губы…

— В соседнем поселке размыло дождем речную дамбу, и несколько домов ушло под воду. Нужно было срочно принимать меры. Я просто не рассчитал время, думал вернуться раньше… И в дальнейшем… — Ленар помолчал, — я прошу не отчитывать меня перед моими людьми. Я мужчина. Я всегда буду делать то, что считаю нужным, даже если это опастно… — Его голос звучал сухо и холодно. Я смотрела на мужа и сердце гулко стучало у меня в груди — он был точно такой же как раньше. Такой, каким я его встретила почти два года назад и полюбила. Такой же жесткий, авторитарный, непреклонный… Такой же сильный и властный… Словно бы и не терял память. Я как будто вернулась в прошлое и почти на автомате подошла и крепко обняла его, уткнувшись носом в грудь… «Прости… Я так люблю тебя» — прошептала я…

Ленар нерешительно приобнял меня, а потом, секунду спустя, руки налились такой силой, что у меня затрещали ребра… Сдержанность и хладнокровие снесло волной. Мы вцепились друг в друга, как утопающие… Я запустила руки в его волосы и потянулась к губам… «Наконец..» — мысленно простонала я, ощущая весь этот безумный, сумасшедший вихрь, охватывающий тело и сметающий все на своем пути… Треск одежды, Ленар что-то хрипло говорит, что ему нужно принять ванну, он целый день тяжело работал, а руки тем не менее все крепче стискивают мои плечи, спину, прижимая все ближе… Я нетерпеливо рычу, отметая, по-моему мнению, это неважное сейчас обстоятельство. Впиваюсь губами в кожу в вырезе его рубашки, впитываю терпкий запах пота, пыли и речной тины… Какая спальня?! Я не могу ждать ни секунды. Внутренности скручивает узлом. Болезненные спазмы голода, такого жестокого и мучительного… Я как пиявка намертво приклеиваюсь к Ленару, не давая даже отнести меня на диван — тяну на пол… Его руки дрожат от нетерпения, тяжелое дыхание хрипами вырывается из груди… Да, одежда уже не поддается восстановлению… И, наверное, останутся синяки… Мне все равно… Он во мне… Такой горячий, сильный, восхитительный… «Боже, как хорошо», — почти плачу я… Обхватываю его ногами, оплетаю как лиана, вжимаюсь со всей силой в своего мужчину. Кожа к коже, сердце к сердцу… Неконтролируемые слезы катятся из глаз, я чувствую их соленый вкус на губах, и уже не сдерживаюсь, впиваюсь ему в плечо зубами, заглушая рвущийся наружу крик…

Заснули мы уже в спальне под утро, перед этим приняв ванну, и долго исследовали друг друга, знакомясь по-новой… «Без шрамов ты стал красивее» — прошептала я… Ленар криво усмехнулся, — «Не на много»… Эта долгая ночь была полна открытий, для него, для меня… Он был немного другим и все тем же… Ленар восхищенно и жадно смотрел на меня, ласково дотрагивался до лица, обводил контур скул, губ, перебирал, гладил волосы… «Ты такая красивая» — шептал он, — «Чем я заслужил тебя?»… Я поцеловала его руку, лежащую на моем плече «Наверное, ты в жизни сделал много хорошего»… «Не помню» — хмыкал он иронично… «Верь мне, — улыбаюсь я загадочно, — я лучше знаю»… «Верю» — тут же соглашается он… И опять его поцелуи сводят меня с ума, опутывая лаской, подчиняя, заставляя тело дрожать как в лихорадке, а сердце выскакивать из груди…

Я проснулась утром от пристального взгляда… Дежавю… Ленар лежал на боку и напряженно на меня смотрел… Я вопросительно подняла брови…

— Я люблю тебя, Эльви… — тихо произнес муж, — сейчас мне кажется, что всегда любил… Наверное, с того самого момента как ты вошла в кабинет, где мы обсуждали договор с твоим отцом в своем кошмарном розовом платье… Ты злобно блестела глазами, сидя на кушетке, слушала нас, а на лице было такое детское упрямство и возмущение… Любил, когда ты отчаянно и смело шантажировала меня словом богини в храме… Любил, когда кричала, что прикуешь кандалами и мы будем вместе принимать ванну… Тогда, лучшего предложения ты мне не смогла бы сделать… — усмехнулся муж, такой знакомой кривой улыбкой…

— Ты вспомнил… — прошептала я…

— Да, я все вспомнил… Почти все… Какая ирония, я выжил единственный из всех, потому что, мне захотелось в туалет… — Ленар грустно вздохнул, вспоминая. Наверное у него там под завалом остались соратники, друзья… Я осторожно молчала, ожидая продолжения… — Мы встретились в Ардене с Вакариусом чтобы почти сразу поехать обратно… Это был ложный глупый вызов… Император потребовал какую то совершенно идиотскую сумму денег за захваченную в прошлой войне провинцию Остры. Я, естественно отказался. Ведь перед этим, полгода назад, мы подписали вполне приличный договор, устроивший всех… Вакариус как будто сошел с ума, пообещал нам всяческие небесные кары и проклятья, которые нашлют его маги и шаманы на наши головы… В общем бред… Император два дня отказывался внимать голосу рассудка, я разозлился и распорядился сворачивать дипломатическую миссию, сказал, что будем обмениваться письменными обращениями… Я выехал в карете, но потом пересел на лошадь… И когда мне припекло справить малую нужду я немного отстал с двумя телохранителями от главного отряда… Нашел небольшой грот, даже скорее навес. Охранники остались снаружи. Потом грохнуло так, что содрогнулись скалы… Меня по видимому привалило, и я потерял сознание. Очнулся в почти безвоздушном пространстве… Не знаю, сколько я провалялся в этом закутке, может несколько дней… Когда пришел в себя, решил, что нужно выбираться, так как уже задыхался… Грот оказался ближе к началу тропы, поэтому обвал был слабее и высота камней составляла полтора человеческих роста… Попытался под крышей пещерки вытолкнуть глыбы и открыть проход. Выбрался по верху, но не очень удачно, под конец зацепил какой-то камень и на меня посыпался навес… Последнее, что я помню — я еду на животе по острым камням вниз, а сверху меня догоняют огромные глыбы… Потом — палатка торговцев и рабский ошейник… Ленар замолчал…

— Скажи мне только одно — Реджи еще жив? Ты когда последний раз слышала новости из столицы?

— Жив был, неделю назад… А что случилось? — обеспокоенно спросила я.

— Мне нужно ехать во дворец… Как можно скорее, — выдохнул муж…

— Я с тобой, — тут же всполошилась я, боясь, что как раньше, муж ничего мне не расскажет и сделает все сам… Ленар подумал немного, — хорошо, собирайся, но сына оставим здесь… мало ли…

И видя мой вопросительный взгляд добавил «Я все расскажу по дороге»…

В реальности действительно было все плохо… Король умирал… На мой вопрос, что могло случиться и почему маги не могут помочь, Ленар рассказал невеселую историю… Оказывается, около двух тысяч лет назад предок Реджинандов решил улучшить свою льерскую кровь магически. Тогда только-только проводились опыты над людьми и результаты были замечательные. И монарх потребовал самым лучшим магам скорректировать его генетику… Все удалось. Род Реджинандов усилился, как никогда раньше. Все его потомки-льеры, как на подбор были умными, здоровыми, красивыми, сильными и духом и телом. Сотни лет они жили, правили и горя не знали, лучшие из лучших… Самые-самые… В общем пару сотен лет назад предок Реджинанда столкнулся с неизвестным недугом, который нынешним врачам вылечить было не под силу… Возможно те маги, которые жили тысячу лет назад и могли бы как-нибудь помочь, говорили, что они двигали горы и поворачивали реки вспять, но теперешние нет… Реджинанды стали жить все меньше и меньше. Может быть этому еще способствовало то, что в последние столетия предки женились на близкородственных кузинах и племянницах. Так как льеров становилось меньше, все переженились друг на друге… Род стал чахнуть… Ты же знаешь, — сказал муж, — маги не могут лечить заболевания завязанные на крови, на сущности человека. Реджи всего сорок пять, а он уже умирает… Это началось несколько лет назад… Обмороки, неприятие пищи, бессонница, постоянная усталость… Его отец умер в пятьдесят… Болезнь почему то поражала только мужчин… Не знаю, с чем это связано, то ли с лером на плече, то ли с наследованием по мужской линии… — Я ахнула… Что такое пятьдесят лет для льера? Если я читала, что они могут жить до ста пятидесяти… Я спросила, — «Ну ладно, король, но у него же есть наследник? Арти, наследный льер, ему же почти восемнадцать»… Ленар тяжело вздохнул…