— Посмотри на меня, Тэсс, — отрывисто приказал Дейн.

Тихое гудение продолжалось, он чувствовал на щеке ее легкое, прерывистое дыхание. Дейн пристально смотрел на нее в гневе и недоверии.

Только теперь Рейвенхерст заметил ее пальцы. Израненные и распухшие, они сочились кровью из десятка болезненных ранок. Каждый ноготь был сломан и потемнел от грязи и запекшейся крови.

Невозможно. И все же…

— Солнышко, — хрипло прошептал он, испытывая жгучее раскаяние. — Мое милое своенравное солнышко, что я наделал?

Услышав знакомое прозвище, Тэсс заморгала. Она изогнулась, пытаясь смахнуть что-то с плеча. Что-то, чего Дейну не было видно.

— Не… не надо больше, — заикаясь, проговорила она. — Боже правый, заставь их уйти.

— Кого заставить уйти?

Рука Тэсс снова зашевелилась, сильно надавливая на ткань платья вокруг шеи, а ее сломанные ногти прочертили борозды на матовой коже.

— Что это?

— П-пауки, — выдохнула Тэсс. — Боже милостивый, неужели ты не видишь их? — Она пыталась схватить дрожащими пальцами пустое пространство перед собой. — Здесь.

— Здесь нет пауков, — отрывисто проговорил Дейн.

— Всюду на мне, — выдохнула Тэсс, отчаянно трепыхаясь в его руках. — Отпусти меня!

На твердой линии скулы Рейвенхерста заиграли желваки, когда он взглянул на белое лицо Тэсс. Ее потемневшие глаза были широко открыты и полны ужаса. Ее разорванный рукав зацепился за пуговицу на его рубашке и оторвался совсем, распахнув лиф платья.

Негнущимися, неловкими пальцами Рейвенхерст поправил одежду на ее обнажившемся теле, отводя глаза от эротической выпуклости груди и розового соска. Он выругался, чувствуя, что его, как молния, пронизало желание, захватывая каждый дюйм уязвимого тела.

Как он может в такое время думать о…

Тэсс в его объятиях напряглась и конвульсивно задрожала. Рейвенхерст обхватил ее ладонями за шею и попытался притянуть поближе к себе. Но она бешено сопротивлялась, напрягшись всем телом; ее остекленевшие глаза смотрели в одну точку.

— Не противься мне, Тэсс. Я хочу лишь помочь тебе. — Дейн проворно стряхнул с себя куртку и накинул на ее дрожащие плечи. Под разорванной тканью виднелась кожа голубоватого оттенка. Она казалась холодной, слишком холодной его горячим пальцам. — Позволь мне сделать для тебя по меньшей мере это, — прошептал он.

И тогда, не дожидаясь, пока она начнет сопротивляться, Рейвенхерст подхватил свою дрожащую добычу на руки и вынес из темной тюрьмы.

Тэсс все еще была холодной, когда он положил ее на свою кровать с пологом. Ее веки с голубыми прожилками затрепетали, и она беспокойно заметалась, чуть слышно бормоча невнятные слова.

«Ее кожа как лед, — думал Дейн, натягивая на нее очередное одеяло. — Господи, что произошло в погребе?» Даже сейчас она, казалось, не замечала, что он делает, а только смотрела не отрываясь на свечу, стоящую на ночном столике.

. Резкий стук в дверь далеко на первом этаже эхом отозвался в почти пустом доме. Скривившись, Дейн ждал, пока человек уйдет, кто бы он ни был. На стук в дверь никто, кроме него, ответить не мог: не желая иметь свидетелей своего столкновения с Тэсс, он отослал Пила на два дня к родственникам.

Наступила тишина, нарушенная затем более сильным и настойчивым стуком. Очень скоро стало понятно, что посетитель не собирается уходить.

Нахмурившись, виконт бросил последний взгляд на лежащую в его постели женщину с бледным лицом, затем повернулся и зашагал вниз по ступеням.

Когда он открыл дверь, в круг света, отбрасываемый висящим над крыльцом фонарем, вступила величавая фигура в малиновом плаще. Пальцы с ярко-красными ногтями обхватили запястье Рейвенхерста.

— Так вот вы где, милорд, — промурлыкала леди Патриция Леннокс с упреком в глазах. — Я уже почти отказалась от мысли найти вас. Потом Хобхаус сказал мне, что вы покинули «Ангел» и переехали в свой восстановленный городской дом.

Порыв ветра подхватил ее малиновый плащ, толстый бархат которого обвился вокруг ног Дейна. В то же мгновение белокурая женщина с тихим вздохом подалась к нему, обвив его руками.

Ее глаза засверкали, когда она подняла к нему лицо, губы ее слегка раскрылись.

Дейн не шевелился.

Его гостья прищурила глаза.

— Странно, Хобхаус удивился, увидев меня, поскольку полагал, что крошка Лейтон сегодня обедает со мной. Не представляю, кто внушил малому эту мысль. — Видя, что Дейн не отвечает, она слегка отодвинулась назад и вытащила из кармана плаща украшенную лентами бутылку. — Позвольте преподнести вам этот маленький подарок в память о прошлых удовольствиях и в надежде, что они вернутся. — Улыбаясь, она протянула ему тяжелый предмет.