– Какой вы…застенчивый! – улыбнулась она на прощание. – Я устала и хочу спать. Так что в гости не приглашаю.

Она посмотрела из окна, как господин Салахов вышел из подъезда и сел в машину, как его «мерседес» исчез за поворотом. Анна Наумовна вздохнула и пошла в ванную. Горячая вода пахла фиалками: это был запах ароматической соли. Он напоминал Анне картинки прошлого, которые иногда просыпались в ее сознании…

Вода в бассейне посреди внутреннего дворика пахла фиалками. Фионика и Гликера с удовольствием плескались в ней. В самую жару они укладывались спать, а перед этим купались. Дно бассейна, выложенное розовой мозаикой, просвечивало сквозь воду.

– Кто тебя научил так красиво переплетать волосы?

– Федра! – ответила Фионика. – Она научила меня почти всему, что я умею.

– Покажешь, как укладывать пряди?

– Конечно! Смотри…

Фионика распустила длинные светлые волосы Гликеры, разделила их на несколько прядей и принялась ловко скручивать и перевивать эти пряди, а потом закрепила их на затылке. На очаровательной головке девушки получилось нечто вроде короны из волос, из-под которой свисали несколько завитых локонов.

– Красиво… – восхищенно прошептала Гликера, любуясь прической. – У меня так не получится.

– Никогда не говори подобного!– строго сказала старшая подруга. – Мы не можем себе этого позволить! Слабость и неумение – удел греческих жен. Думаешь, почему их мужья бегают к нам, осыпают дарами и добиваются нашего внимания?

– Потому, что мы красивые!

– Этого мало, Гликера.

– Тогда потому, что мы…умные.

– И этого мало!

Девушка задумалась. Она села на край бассейна, подставляя влажное тело солнечным лучам и болтала ногами в воде.

– Тебе трудно угодить, Фионика!– сказала она, глядя, как сверкают на солнце капли воды на ее стройных бедрах.

– Это очень нравится мужчинам. Когда женщине легко угодить, они не в состоянии применить как следует свои способности!

– Та-а-ак… Значит, мужчины любят нас потому, что нам трудно угодить?

– Отчасти…

– Это еще не все?– удивилась Гликера.

– Далеко не все. Думай! Напрягай свой ум, дорогая!

– Ну, еще они любят нас потому, что мы…свободны.

– Браво, Гликера! Ты делаешь успехи!– засмеялась Фионика, набирая воду в пригоршни и поливая плечи девушки.

К гетерам подошла служанка с полной корзиной рыбы, и Фионика начала объяснять ей, как нужно приготовить рыбу на ужин. Гликера вся превратилась в слух. Она ловила каждое слово, каждый жест старшей подруги, которая казалась ей настоящей Афродитой, лучезарной богиней любви.

– Пойдем в дом, – сказала Фионика, отпуская служанку. – Нужно как следует выспаться! Сон сохраняет нашу молодость!

Часто гости приезжали к ним вечером и оставались на ночь. Летние ночи стояли светлые, полные прозрачного воздуха. С моря ветер приносил запах водорослей и остывающего песка. Далеко по берегу разносился плеск весел запоздалого гребного судна, которое спешило причалить. Фионика любила ночные развлечения. Разведенный во дворике огонь, на котором жарились тушки зайцев, куски оленя или рыба, поднимал к небу снопы красных искр. Служанка разливала вино в дорогие серебряные кубки. Звенели цикады…

Такие бдения могли продолжаться до самого утра, поэтому гетеры много спали днем. Утром мужчины возвращались к своим важным делам, к женам и домочадцам.

– Знаешь, о чем они будут теперь мечтать?– спрашивала Фионика юную подругу.– О том, как приехать сюда еще раз!..

Звонок телефона заставил Анну открыть глаза. Она задремала в ванной? Не удивительно, после столь бурной ночи. С неохотой отпуская от себя «греческий» сон, госпожа Левитина встала, завернулась в огромное полотенце и вышла в гостиную. Она не ошиблась: через пару минут телефон зазвонил вновь.

– Как ты провела время? – спросил Князев. – Довольна?

– Мне понравилось, – спокойно, ровно ответила Анна, игнорируя его раздражение. – А ты праздновал со своими? Хорошо было?

– Нормально. Я тебе звонил несколько раз!

– Зачем? Тебе было скучно с твоим сыном, с Элей?

– Где ты была? – вместо ответа, спросил Князев. – Ты была с мужчиной?

– Допустим… А ты предпочел бы, чтоб я сидела одна в своей квартире, пока ты развлекаешься в кругу семьи?

– Анна, Анна… Ты же прекрасно знаешь, что если бы ты захотела…