– Ловись, рыбка маленькая, – пробормотал он, – а лучше крупная и оч-чень крупная.

…Поклевка случилась в ту же ночь.

Вернее, на рассвете утром: как и водится у опытных рыбаков, обладающих нужными навыками и располагающих первоклассной снастью.

Глава 17

Ущелье Маалула

Заложников выводили во двор по одному – через дверь с тыльной стороны дома паломников. Это место закрыто от взоров наблюдателей, оно не просматривается со стороны противоположного склона ущелья, где у лоялистов наверняка имеются посты наблюдателей, снабженные оптикой и рациями.

Первым вывели во двор шестидесятилетнего мужчину. Это местный житель, владелец сувенирной лавки. Когда-то довольно полный, даже грузный, он сильно исхудал. Собственная одежда стала ему не по размеру; пиджак болтается на острых плечах, как на огородном пугале. Штаны подвязаны веревкой, иначе свалились бы. На ногах прохудившиеся туфли с отстающими подошвами. Идет шаркающей походкой, подволакивая ноги. Человек немолодой, поживший; наверняка понял, что эта «прогулка» станет последней в его жизни. Мужчину водит из стороны в сторону: от слабости ли, от недоедания или от того, что на голове у него полотняный мешок, а руки связаны за спиной. Или от всего этого, вместе взятого. Если бы его не придерживал под локоть один из моджахедов, другой рукой подталкивая в спину, то он, наверное, не смог бы идти дальше, просто упал бы.

Вывели женщину. Ей лет сорок, она тоже местная. Двое детей учатся в Дамаске, они студенты. Муж пропал еще год назад, когда ездил в столицу проведать их. Сама она работала в гостинице «Сапфир» младшим администратором. Там ее и захватили джихадисты вместе с еще несколькими мужчинами и женщинами из персонала. Женщина тоже истощена. Заложников, надо сказать, и раньше кормили кое-как. Ну а в последние трое суток им стали выдавать лишь по половине небольшой лепешки на целый день.

Затем вывели оставшихся троих – монахиню, канадского оператора «стрингера» – на нем поверх джинсовой куртки надета синяя жилетка с надписью белыми буквами PRESS – и женщину-врача, бельгийку Лауру Мартенс.

Умар и трое телохранителей Карима, экипированные в бронежилеты, раскатав шлем-маски, также вышли во внутренний двор. В нагрудном кармане надетой поверх броника разгрузки у «особиста» включенная на дежурной волне «Моторола».

В эфире периодически звучит голос оператора лоялистов:

– Маалула, вас вызывает Каламун Три!

– Монастырь, почему не отвечаете?! Ансар, немедленно выйди на связь!..

– Маалула, осталось пять минут до истечения срока ультиматума!..

И последнее из прозвучавшего – уже в тот момент, когда Умар и заложники находились во внутреннем дворе дома паломников:

– Карим аль-Джабар! Немедленно выйдите на связь и сообщите о своем согласии с нашими условиями! В противном случае начнем штурм!.. И чтобы ты знал, и чтобы знали твои бойцы, пленных брать не будем!..

– Не будет по-вашему, лоялистские собаки, – процедил Умар. – А будет так, как скажем и как решим мы, воины джихада.

– Снимите мешок с головы оператора! – громко скомандовал «особист». – Развяжите ему руки! Дайте ему его рабочую камеру! Остальных ведите на террасу.

Кэп взял прислоненный к стене расчехленный «Штайр». Надел беспроводную гарнитуру – чтобы иметь возможность слышать обмен в радиоэфире, если таковой будет иметь место. Уселся на обжитое им место – у правой бойницы. Высунув в нее ствол, припал правым глазом к окуляру шестикратного оптического прицела…

Следом за Салимом в скальную полость поднялся мухабаратовец. Присел на плоский камень шагах в двух позади Салима. Он тоже надел гарнитуру. Его рация, снабженная кодирующим устройством, настроена на рабочую волну штаба 5-й бригады; эту частоту моджахеды не прослушивают.

– Каламун Пять, это Третий пост, – произнес он в микрофон. – Проверка связи.

– Третий пост, это Каламун Пять. Слышу вас хорошо.

– Штурмовые группы готовы?

– Третий пост, командиры всех штурмовых групп доложили о полной готовности!..

– Бронетанковая группа?

– Три танка выдвинулись на позицию. Командиры экипажей доложили о готовности открыть огонь по команде!

– Понял, Каламун Пять. Полковник, предупредите еще раз старших, чтобы не открывали огонь без дополнительной команды!

– Будет сделано.

– В остальном план остается в силе!

– Понял вас, Третий пост.

– Отбой связи.

– Отбой.

– Мы готовы, – сказал мухабаратовец, адресуясь к двум застывшим у амбразур мужчинам в камуфляже. – Все штурмовые группы заняли исходные позиции. Атака монастыря начнется по вашему сигналу.

– Принято, – не оборачиваясь, приглушенным голосом сказал Салим. – Спасибо, коллега!

А про себя подумал: «Надеюсь, штурмовать монастырь все же не понадобится…»

Кэп, как и более молодой по возрасту сотрудник, полностью сосредоточился на событиях, которые в данное время происходят на террасе близ четырехэтажного строения, так называемого дома паломников. А они, эти события, на глазах у тех, кто наблюдал с противоположного склона в оптику за происходящим в монастырском комплексе, принимали драматический оборот.