Третий контур, уже внутри самого аэропорта, образовали бойцы прилетевшего в Латакию ранним утром подразделения «Вымпел», а также сотрудники Федеральной службы охраны.

Первым в аэропорту Латакии приземлился резервный борт – почти близнец президентского самолета. А еще через десять минут, в начале одиннадцатого, полосы аэропорта Ларнаки коснулись шасси российского «Борта № 1».

Глава 34

Пуля пятидесятого калибра угодила точно в моторный отсек «УАЗа». Раскатисто грянул еще один выстрел: это Ветров выстрелил, и тоже по моторному отсеку. И тоже попал! Из-под капота «УАЗа» пыхнул сизый дым! Машина, прокатившись по инерции еще пару десятков метров, замерла.

– Белый внедорожник пока не обстреливать! – скомандовал Кэп. – Огонь по грузовикам!

Раздались новые выстрелы. Пули крупного калибра с громким хрустом прошивали капоты грузовиков; разрушали двигатели остановившихся на шоссе машин. Из-под капота «ГАЗа» тоже вырвался сизый дым.

Из «УАЗа», с заднего сиденья, выскочил какой-то субъект. Он в армейской форме. Повернувшись лицом к блокпосту, стал яростно махать руками. По-видимому, думал, что стреляют именно оттуда… И хотел показать, что, мол, не стреляйте, мы же «свои»!..

Пошла новая серия выстрелов из крупнокалиберных снайперок… Переодетый «дух», кажется, понял, что стреляют по колонне не спереди, не в лоб и не от «блока». Что стрельба ведется откуда-то сбоку, через полосы отчуждения.

Он крутанулся на каблуках. Хотел что-то крикнуть: верно, собирался предупредить своих об опасности.

Крякер нажал на спусковой крючок… В следующее мгновение переодетый моджахед свалился с пробитой головой на шоссе.

Лаура положила руку на бедро сидящему справа от нее на заднем сиденье мужчине. Малик, глядя на нее, в ее колдовские глаза, расплылся в улыбке. Женщина, повернувшись к нему вполоборота, быстро расстегнула поясную кобуру. Мгновенно вытащила «глок» и передала его сидящему с правой стороны салона Жану: просто вложила в его протянутую руку.

Шофер внедорожника и сидящий впереди телохранитель Малика, услышав звуки выстрелов, стали вертеть головами по сторонам. Водитель резко обернулся; хотел, видимо, спросить у старшего, что им делать.

Откинувшись спиной на кожаную спинку заднего сиденья, Технарь – самовзводом – выстрелил в него. Ударило по барабанным перепонкам. Но водителю досталось посерьезней – пуля угодила между округлившихся глаз, точно в переносицу!

Телохранитель дернулся было… судорожно схватился за «калаш», приспособленный у левого бедра… Но тут же получил свою порцию свинца: сначала под лопатку – через спинку переднего кресла, а затем в затылок.

В десять тридцать пять в аэропорту Латакии приземлился «Эрбас», носящий имя первого федерального канцлера Германии Конрада Аденауэра.

К самолету быстро – все здесь происходило очень быстро и очень точно – подали передвижной трап. У трапа, так, как это было двадцать минут назад возле российского самолета, выстроилась небольшая делегация: глава одноименной провинции, мэр города, работники посольства Германии в Ашуре…

Фрау канцлерин в сопровождении трех крепких мужчин из службы охраны медленно сошла по трапу. На лице у нее отражалась сложная гамма чувств и переживаний: удивление, оторопь, испуг… Но одновременно и любопытство. Казалось, она вот-вот воскликнет:

– Скажите мне, что это сон!..

И она, фрау канцлерин, бывшая активистка почившего в бозе ГДР, атеистка, по слухам, действительно произнесла нечто подобное. Но расслышали ее реплику лишь охранники:

– О Боже!.. Все будет хорошо с Божьей помощью.

На шоссе каждые две или три секунды звучали выстрелы. И каждый из них находил свою цель.

Из машин сыпанул вооруженный люд! Тем более что следовавший за «УАЗом» «Садко» стал сильно дымиться, из-под капота уже вырывались языки пламени…

Те, кто ехали в «УАЗе» и в первых двух грузовиках, экипированы в армейскую форму. Впрочем, здесь, в Ашуре, не всегда можно отличить боевика-джихадиста от лоялиста. Среди тех, кто находился в крытых кузовах двух замыкающих колонну грузовиков, лишь часть бойцов одета в форму с армейскими шевронами. У некоторых головы замотаны «арафатками». У многих боевиков – это телохранители Карима – поверх камуфляжа надеты бронежилеты.

Трое из пяти снайперов, работавших по колонне, подчиняясь отданной Кэпом команде, стали валить личную гвардию Карима!..

На шоссе у грузовиков в эти минуты творился кромешный ад; тяжелые бронебойные пули пятидесятого калибра неумолимо прореживали ряды моджахедов! Тем, кто были в «брониках», это обстоятельство, кстати, отнюдь не помогало выжить. Наоборот, при попадании в грудь или в спину такая пуля, прошибая жилет, производила ужасные увечья – многие падали замертво с развороченными грудными клетками. У иных голова лопалась, как переспелый арбуз; кому-то угодившей в плечо пулей почти оторвало руку…

Но все ж это были опытные, закаленные в боях бойцы. Те, кто уцелел в первые мгновения нападения на колонну, те, до кого пока еще не дошли руки у расположившихся по обе стороны шоссе стрелков, – но не на одной линии, а под углом в тридцать градусов, чтобы не задеть своих сослуживцев, находящихся по другую сторону дороги, – стали залегать у машин. А иные уже открыли ответную стрельбу: пока наобум, стреляя очередями из «калашей» в направлении расположенных за линией отчуждения «коробок».