В этой политико-экономической неразберихе Лопес, быстро превратившийся из поденщика в хозяина, умудрился в течение трех лет продать США намытого золота на $8 тыс. И что интересно, его бизнес никого не взволновал. Даже сотрудников филадельфийского монетного двора, где из калифорнийского золота чеканили американские доллары: сырье поступает исправно – ну и хорошо.

В 1846 году началась американо-мексиканская война, в результате которой часть Калифорнии, принадлежавшая Мексике, отошла Соединенным Штатам. Русскую Калифорнию американцы купили. В частности, крепость под названием форт Росс и еще кое-какие калифорнийские земли приобрел американский подданный швейцарского происхождения Саттер.

В начале 1848 года он отправил одного из своих батраков по имени Джордж Маршалл выполнять важную работу – расширять русло канавы, которая обеспечивала принадлежащую Саттеру лесопилку водой из ближайшего ручья. Ручей назывался Сакраменто. Маршалл обнаружил крупинки желтого металла и прибежал к хозяину похвастаться находкой. Саттер велел ему помалкивать и на следующий день отправил для продолжения работы уже другого батрака. Его имени история, увы, не сохранила. А жаль. Именно он сболтнул на местном рынке, что в окрестностях Сакраменто есть золото. Побросав товар, торговцы побежали на ручей.

Так началась калифорнийская золотая лихорадка.

Калифорнийская пресса молчала – все работники местных газет ушли мыть золото

Калифорнийская пресса молчала: все работники местных газет ушли мыть золото. Поэтому рассказы о богатстве Калифорнии передавались из уст в уста. К осени 1848 года они облетели весь мир, и в 1849-м авантюристы со всего света (их назвали сорокаде-вятниками) были уже на месте. За год население Калифорнии выросло с 10 до 81 тыс. человек (еще через десять лет в штате проживало уже 379 тыс.). Впрочем, эти демографические выкладки мало о чем говорят, поскольку переписи населения охватывали только людей с белой кожей, хотя золотоискателей с кожей черного, желтого и красного цветов в Калифорнию тоже явилось немало.

Гавань СанФранциско, тогда маленькой деревушки на берегу Тихого океана, вскоре стала кладбищем кораблей. Здесь ржавело около 200 судов. Почти все они выполнили рейс лишь в одну сторону, после чего экипаж вместе с пассажирами устремился на поиски золота. Не только на Сакраменто, но и на всех окрестных ручьях с интервалом в несколько метров по колено в воде стояли неутомимые мужики, с рассвета до заката перемывавшие в лотке песок. В недавнем прошлом они были земледельцами, ремесленниками, учителями, священниками, солдатами, матросами. Теперь – золотоискателями, ловившими удачу.

Удача, однако, благоволила далеко не всем. В среднем житель штата зарабатывал $4-5 в сутки. По меркам любого другого места – деньги большие, но по калифорнийским – маленькие. Комнатушка в так называемом «отеле» стоила не менее $7 в сутки. Местная прачка брала $8 за одну стирку, что превосходило месячный доход представительницы той же профессии с другого конца США. Стоит ли после этого удивляться, что непосредственно на золоте огромное состояние сделал только один из золотоискателей той поры – Кропер. Остальные калифорнийские миллионеры, сколотившие капитал в 40-х годах прошлого столетия, заработали на овощах, фруктах, вине, одежде, консервах, инструментах или на «индустрии развлечений». А развлечениями сорокадевятники были обеспечены в избытке: в Сан-Франциско было 350 баров, 18 игорных и 27 танцевальных залов. И это только официальная статистика. По воспоминаниям современников, сыграть в карты или выпить виски можно было в каждом третьем доме.

А еще шальные деньги привлекли в Калифорнию огромное количество преступников. Самым страшным считался чилиец Хоакин Мурьета, который имел очень мало общего с ангелочком из ленкомовского спектакля. Этот бандит руководствовался одним принципом: если убивать всех ограбленных и свидетелей, от грудных младенцев до дряхлых стариков, никто не сможет описать его внешность представителям закона. Поэтому комитеты бдительности (нечто вроде народной дружины советских времен, но с оружием) долго не могли отловить прославленного разбойника. А когда поймали, отрезали голову.

Каковы же итоги калифорнийской лихорадки? В 1848 году в Калифорнии было добыто золота на $5 млн, в течение следующих пяти лет – в среднем на $20 млн в год (пик пришелся на 1851 год, когда старатели намыли на $55 млн). Потом уровень добычи стал падать, но искателей счастья уже ждали другие края – Невада, Дакота, Монтана, Юта, Колорадо, откуда стали приходить вести о найденном золоте. Правда, с Калифорнией они сравниться не могли.

Сопоставимый по масштабам рецидив золотой болезни случился лишь через полвека на Аляске.

Золото на Аляске было всегда. Но люди, веками жившие в этом ледяном мешке, не обращали внимания на самородки на берегах местных рек, речушек и ручейков. Аборигенам они были ни к чему. Европейцы же о существовании самой Аляски узнали лишь в 1741 году, когда на полуостров высадились русские моряки. Спустя 43 года на этих землях, названных Русской Америкой, появилось первое русское поселение. Еще через 20 лет, в 1804 году, наши соотечественники узнали, что на Аляске есть золото. Однако по неизвестным причинам добывать его не стали.