Ненэ спускался как слепой, но внутри его все ликовало: очевидно, Грация решила провести его по «Пансиону»! Как долго он об этом мечтал! Как хотелось ему узнать, что там внутри! Он даже вспомнил, как ребенком пытался заглянуть за дверь, а один моряк его вытащил за шкирку и обругал.

Грация повернула ключ в двери на втором этаже и открыла ее.

— Заходи.

Едва Ненэ переступил порог, как Грация плотно закрыла за ним дверь и зажгла свет.

Они находились в начале длинного коридора, в который выходили девять дверей, пять слева и четыре справа. С правой стороны была довольно широкая лестница, которая вела на первый этаж.

— Вот здесь мы обслуживаем клиентов, — пояснила Грация.

Она прошла немного вперед и распахнула дверь.

— Вот в этой комнате работаю я.

Крошечная келья. Нет, правильнее сказать, больничная палата, сияющая чистотой, но такая маленькая, что в ней и двигаться-то было тесно. Воняло дезинфекцией, прямо как в госпитале. Внутри помещалась полутораспальная кровать, стул и маленький комод. У стены располагались умывальник и биде. Больше ничего.

Грация прикрыла дверь, прошла по коридору и открыла следующую дверь:

— Здесь ванная.

Потом еще одну:

— Это комната горничной, но она здесь не ночует.

Кровать бы тут никак не уместилась, зато стояло продавленное кресло. Каморка представляла собой обыкновенный чулан, заполненный простынями, наволочками, полотенцами, тряпками, вениками и кусками мыла.

— Теперь пойдем вниз.

Они спустились по лестнице и очутились в просторной зале, по периметру которой стояли впритык одинаковые диваны с разноцветной обивкой. Ярко блестел начищенный паркетный пол. С потолка свисала огромная позолоченная люстра. Кто знает, в каком княжеском поместье добыл ее дон Стефано для своего «Пансиона»?

— На этих диванах сидят клиенты. Мы спускаемся по лестнице, выходим в центр салона и показываем себя, пока клиент не выберет одну из нас. Потом та, кого выбрали, поднимается с клиентом в свою комнату. После того как клиент закончит свое дело, девушка провожает его по этой лестнице обратно в салон и отдает мадам квиток. Клиент расплачивается и уходит. Вот место мадам.

Рядом с дверью в вестибюле возвышался помост, на помосте стоял столик и кассовый аппарат, размером с памятник. Позади столика Ненэ увидел внушительное кресло, украшенное позолотой и красным дамаском. Поистине, мадам восседала на царском троне. А на стене за креслом висела табличка — прейскурант:

Поднимаясь по лестнице, Грация пожаловалась:

— Я за последние три дня даже вздохнуть не успевала, представляешь, столько народу приходило — моряки, солдаты, итальянцы, немцы, местные!

Когда они снова оказались на втором этаже, Грация не спешила открывать дверь, чтобы подняться на третий. Она повернулась к Ненэ и посмотрела ему в глаза:

— Хочешь?

Ненэ покраснел, ее предложение было так неожиданно.

— Да… Если только ты тоже хочешь.

Грация мягко взяла его за руку и повела за собой.

— Мы разве не пойдем в твою комнату?

— Нет, только не в мою. Там все будет не так…

Она открыла последнюю дверь в коридоре и сделала ему знак войти.

— Эта комната не используется. Ее держат на всякий случай.

С этими словами она раскрыла объятия и крепко-крепко прижалась к Ненэ. Потом прошептала:

— Можно поцеловать тебя в губы?

Зачем она просит разрешения?

— Да, конечно.

Никто никогда его так не целовал. Ловкий язычок Грации проник в его рот, трогал, пробовал, лизал, исследовал каждый закоулок. У Ненэ кружилась голова. Кровь собралась где-то внизу, закипела, забурлила, начала стучаться, ища выхода наружу. Ненэ била дрожь, и девушка это заметила.

— У тебя уже была женщина?

— Один раз.

— Ты очень взволнован?

— Очень.

— Я тоже, — произнесла Грация. — Как странно. Вот, послушай.

Она приложила руку Ненэ к своему сердцу, чтобы он почувствовал, как сильно оно бьется.

Ненэ не подозревал, что спал с женщиной в «Пансионе Евы» в первый и последний раз. По правде говоря, он был бы не прочь повторить, но сие не зависело от его воли.

В жизни Ненэ появилась Джованна. Это произошло таким образом. Месяца через два после той незабываемой ночи с Грацией он задержался в лицее после уроков. Математичка попросила, чтобы кто-нибудь из мальчиков остался и помог оформить кабинет: развесить по стенам портреты великих математиков, таблицы с логарифмами и тригонометрическими формулами. Ненэ вызвался добровольцем, поскольку балансировал между тройкой и четверкой, и ему хотелось завоевать расположение преподавательницы. Часа полтора он честно ползал по стремянке с молотком и гвоздями в руках, а синьора Фабиано все измывалась: то ей криво, то низко, то высоко, то поменять местами Ньютона и Декарта, то Фиббоначчи перевесить из угла класса в самый центр. Наконец синьора удовлетворилась работой и отпустила Ненэ.