Теперь стало понятно, о ком шла речь. "Длинные" — это тысячи, а "хохари" — всадники. Точнее, орденские всадники-монахи.

Исходя из этой гипотезы, Левин дал рабочей группе задание — найти в арканарских словарях, в том числе сленговых, все слова, обозначающие всадника, ездока, седока и всё такое прочее. И посмотреть, как они соотносятся с малышевским "хохарь".

Решение было найдено буквально через час. В арманарском моряцком и портовом жаргоне имелось слово "кохор"н", производное от "кохорон", "четверо-человек" ("кохо" — "четыре" по-эсторски). Обозначало оно человека, едущего на лошади или каком-то другом четвероногом. Антон, судя по всему, этого слова не знал, и просто передал его близко по звучанию, изменив окончание.

Теперь вопрос: мог ли Вага Колесо обещать дону Рэбе двадцать тысяч всадников на кораблях? Очевидно, нет, даже если иметь в виду его связи с Орденом. Двадцать тысяч — это очень много. Это десантная операция уровня середины земного двадцатого века. Для средневекового Арканара это было масштабное событие, сравнимое разве что с самим вторжением в Запроливье.

Из этого следует логичный вывод. Антон действительно присутствовал при разговоре — или подслушивал разговор — который дон Рэба вёл с кем-то. Только это был совсем не Вага Колесо. И разговор шёл не накануне событий, а задолго до их начала.

Скорее всего, предположил Левин, то были переговоры дона Рэбы с каким-то высокопоставленным представителем Ордена, ответственным за операцию. Причём на арканарской стороне.

Осталось всего-то ничего — установить, как именно произошёл переворот с точки зрения Ордена.

Да, тот же день. Поел, музыку послушал, и вдруг как-то очень остро осознал, что делать мне совершенно нечего. Раньше я бы соснул часок-другой, никогда не вредно. А сейчас — извините: опять какую-нибудь гадость покажут.

Так что продолжу-ка я про арканарские дела. Забегу только немножко вперёд.

По официальной версии, исход всех событий в Арканаре решили двадцать тысяч вооружённых всадников Ордена. Вопрос — откуда они взялись?

Ну, самый банальный ответ: Орден перебросил их через пролив, мобилизовав свой флот. Это, собственно, и сказал дон Рэба Антону-Румате во время их исторического разговора.

Что представлял из себя орденский флот?

Основу его составляли довольно вместительные парусно-гребные корабли, напоминающие по конструкции римские триремы. На арканарском такие корабли назывались "гамратта". Перевести это слово можно примерно как "сарычи" или "ястребки" — местная птица гамра была больше всего похожа на земного ястреба. Были у них также мелкие "вороны" — двухрядные вытянутые судёнышки. "Вороны" использовались в основном для каботажного плавания вдоль пролива. Более крупные суда, которые когда-то строились в Империи, четырёхрядные "беркуты" и пятирядные "орлы", Орден не строил: они были неудобны и требовали слишком много гребцов.

Для своего времени и своей планеты гамратты были неплохими судами: двухмачтовые, с прямыми парусами, тремя рядами вёсел и закрытой палубой. У них даже имелось что-то вроде порта на корме, чтобы быстро освобождать её от груза. Гамратты уступали в водоизмещении большегрузным соанским кораблям, но существенно превосходили их в скорости, а продуманная конструкция бортов препятствовала абордажу. На борту обычно находилось полторы сотни гребцов, двадцать моряков, три — четыре офицера и капитан. Вмещали такие суда по двести — двести пятьдесят человек с оружием и припасами.

Судя по всему, таинственные "выстребаны" из речи орденского представителя были именно гамраттами. Малышев просто перевёл слово на русский, заменил "я" на "вы" и сменил окончание — приём детский, но годный. "Обстряхнутся" — это нарочито искорявленное слово "вытряхнутся". Чему опять же соответствует арканарский глагол "до-карабу". На морском жаргоне — "спешно выйти из гавани". "Хлюпать по маргазам", в свою очередь, тоже оказалось моряцким выражением "кадо-му бо маграсам". "Кадо" означало, собственно, "хлюпать", то есть плыть, черпая воду бортами, а в переносном смысле — очень спешить. "Бо маргасам", в свою очередь, переводилось как "без вёсел", то есть без — ну или почти без — усилий гребцов. Слова эти не из арканарского, а из просторечного эсторского. Осели они в речи моряков ещё со времён первых плаваний через пролив. Антон их не понял — и оставил без перевода, как услышал.

Совсем забавно получилось с "дутой чернушенькой". Группа Левина рыла носом землю, пока кто-то не догадался посмотреть названия местных погодных явлений, в частности сезонных ветров. Обнаружилось, что как раз примерно ко дню Святого Мики задувает так называемый "чёрный ветер". Дует он с материка, а чёрным называется, потому что несёт мельчайшую пыль с опустыненных территорий. Ну то есть это оптимальный момент, чтобы корабли быстро достигли Запроливья без изнурительной работы вёслами.

Зато никакой трудности не представляло слово "пестряки". Вот с ним было всё понятно: имелись в виду пресловутые "свободные", то бишь подданные короны, костяк серых дружин. Я вроде уже писал, что туда входили очень разные люди, почему они и получили прозвище "вокабунэ" — "всякие разные", "разноцветные", "пёстрые". Вот по ним-то и предлагалось "тукнуть", но увы — "хохари облыго ружевали". То есть, похоже, активно не соглашались с такой программой действий.

Казалось, всё понятно. Однако подобная реконструкция разговора опровергалось самым неприятным — цифрами.

Гамратт у Ордена было чуть больше пятидесяти. И, разумеется, в операции принимали участие не все. Совершенно точно известно — из последних докладов того же Бунге — что в те самые дни четыре орденские гамратта перевозили соанские грузы. И это были не единственные нанятые суда.

Таким образом, становилось непонятным, каким образом Орден умудрился перевезти такую уйму людей.