— Нет, Санечка, так не будет, — успокоила его Светлана. — И потом, ты ведь можешь сам себя обезболить. Забыл уже, как я учила ставить нейроблок?

— Я помню, Света, но все равно почему-то боюсь. — Меньшиков завернулся в одеяло, оставив снаружи только ногу, и начал внимательно разглядывать ее. — А без операции обойтись нельзя?

Светлана отрицательно покачала головой:

— Ты хочешь хромать всю жизнь? Не думаешь, что спасатель должен быть в отличной физической форме?

— Правильно, — поддержал Светлану Петрович. — Тебя же к работе не допустят, ты ни одну медкомиссию не пройдешь. Посадят в отдел статистики и учета, будешь там бумажками шелестеть.

Меньшиков, придя в ужас от такой перспективы, отчаянно замотал головой.

— Все будет хорошо, — повторила Светлана. — Потом мы с тобой поработаем, и, я думаю, через месяц ты забудешь о своей травме. Настройся на хорошее, ничего не бойся, операция ведь совсем не сложная.

Сашка прикусил губу и бросил быстрый взгляд на Петровича. Тот, казалось, с головой ушел в изучение газет. По выражению Сашкиного лица Света поняла, что он что-то хочет сказать ей наедине, и поманила его в коридор.

Там Меньшикова прорвало:

— Света, я не операции боюсь, а наркоза, вернее, его последствий! Я сам слышал, когда лежал в больнице, что люди могут говорить, когда приходят в себя!

— Саня, ты боишься при Петровиче что-нибудь сказать не то? Успокойся, пожалуйста. Во-первых, тебе обычный наркоз давать не будут, ты будешь в сознании, я тебе об этом уже говорила. Во-вторых, даже если Петрович что-то и услышит от тебя, то никому ничего не скажет.

— Да я не хочу, чтобы именно он что-нибудь от меня услышал!

Светлана обо всем догадалась.

— Тебе Наташа нравится?

Меньшиков побагровел и кивнул головой.

— Извини, Света, я не думал, что когда-нибудь это со мной произойдет. Я вообще никогда не верил в любовь с первого взгляда, а тут…

— Санечка, милый, за что же ты извиняться вздумал? — Светлана улыбнулась и взяла его за руку. — Я так рада за тебя! Наташка – славная девчонка.

— Ты думаешь, она сможет меня полюбить? — с надеждой поинтересовался Сашка.

— Даже не сомневаюсь, ты ведь отличный парень! — Света крепко поцеловала его. — У тебя все будет хорошо. Я завтра обязательно приду к тебе после операции, проконтролирую обстановку. Сейчас уже поздно, давай-ка ложись спать, я помогу тебе заснуть.

Через десять минут Меньшиков крепко спал, а Светлана еще долго сидела и разговаривала с Петровичем, который подробно расспрашивал ее о Медведеве и старался утешить.

— Ничего, выкарабкается наш командир. Уж если ты за это дело взялась, то Димыч поправится. Я, старый дед, и то от твоего лечения невиданными темпами выздоравливаю, уже на обеих ногах стоять пробую, ко мне толпы медиков на экскурсии ходят. — Новоселов сел и обнял девушку за плечи. — Не переживай так, я смотрю – совсем похудела, одни глаза остались.

— Не могу, дядя Саша. Это я во всем виновата. Вадим мне такие письма писал, SMS-ками закидывал, звонил сколько раз, а я не только не ответила, но даже не посмотрела на него при встрече. — Света вспомнила, как потухли глаза Медведева, когда она демонстративно отвернулась от него. — Как глупая пятнадцатилетняя девчонка хотела помучить его! Он, я знаю, потом думал об этом и не смог вовремя среагировать, когда произошел второй взрыв, хотя времени на это у него было достаточно!

— Перестань себя терзать, Светланка, ты тут не при чем. Сколько ты от него натерпелась, сколько гадостей выслушала, а теперь винишь себя за вполне естественное поведение. Это же нужно быть святой, чтобы простить подобное хамство! Я от него такого не ожидал, хотя и знал, что он не ангел. — Петрович покачал головой. — Честно признаюсь – когда устраивал тебя на эту работу, то надеялся, что тебе Денис по сердцу придется. Добрый такой парень, заботливый, неглупый, «с руками», что называется, симпатичный, чем он тебе не понравился? И родители у него славные, — добавил он.

— Понравился, дядя Саша, так же как и все остальные ребята. Они разные, но у них есть общая черта – они отличные парни, взять и выбрать кого-то невозможно. Я счастлива, что у меня появились такие друзья, — Света улыбнулась. — Они мне очень дороги, я их всех люблю, но как братьев.

— А Вадима ты любишь по-другому? — поинтересовался Новоселов. — Может, напридумывала себе невесть что?

— Нет, дядя Саша. Я давно поняла, что он меня любит, только боится это показать. А про себя я все поняла, когда он умирал, истекая кровью, по дороге в клинику. Только тогда мне стало ясно, что я его тоже люблю! — Света всхлипнула, вспомнив ту страшную поездку через весь город.

— Ну все, расплакалась… Не стоит, Светланка, перестань. — Петрович ласково погладил девушку по голове. — Вот выздоровеет наш командир, я тебя за него замуж отдам. Вместо твоего папы займусь этим делом. Давай, вытри глазки и улыбнись, а то я всю ночь плохо спать буду.

Света слабо улыбнулась.

— Сейчас усыплю, как Саньку, будешь спать крепко до самого утра.

— Спасибо, милая, я уж как-нибудь сам засну, да мне еще и домой нужно позвонить. Герой-то наш спит? — Новоселов внимательно оглядел Меньшикова, тот спал, почти с головой укрывшись одеялом. — Вот еще одна головная боль добавилась – Наташка на него сегодня во все глаза смотрела. Один оболтус у меня в зятьях уже побывал, теперь, похоже, второй на подходе.