Примерно полгода назад во время дневного спектакля в старом здании Драматического театра по стене пошла трещина, просели балки с одного края и возникла опасность обрушения всей довольно ветхой постройки. Две группы спасателей тогда были вызваны на объект. Помещение к их приезду уже обесточили, опасаясь замыкания и пожара, и эвакуация зрителей из зала производилась при свете мощных фонарей спасателей и пожарных. На дневной спектакль пришло много подростков – «Ревизор» был в школьной программе, и учителя сразу нескольких школ организовали коллективный поход в театр. Кто-то из детей был напуган, кто-то, наоборот, хорохорился, но когда на головы посыпалась уже не только известковая пыль, но и полетели пока еще небольшие кусочки штукатурки, опасность почувствовали все. Илья стоял с фонарем у одного из выходов и старался в полумраке разглядеть, в каком состоянии находится потолок зрительного зала, поэтому он не сразу обратил внимание на хорошо одетого полного мужчину, изо всех сил проталкивавшегося через группу подростков.

— Не торопитесь, пожалуйста, сначала выйдут женщины и дети, остальные потом, непосредственной угрозы пока нет, — поначалу вежливо попробовал притормозить его Илья.

— Да ты знаешь, с кем говоришь?! — с ходу перешел на крик остановленный им гражданин и толкнул Илью.

— Я предполагал, что с мужчиной, — пока что довольно спокойно ответил спасатель.

— Да ты…!

На какую угодно ругань Илья не стал бы реагировать, но мужчина грубо отпихнул двух девочек-подростков и попытался пройти мимо спасателя, однако натолкнулся на выставленную в его сторону руку и ударил по ней изо всех сил.

— Русским языком сказано, не лезь! — Илья хотел оттолкнуть полезшего на него мужчину, но почувствовал, что его руку кто-то перехватил.

Он разъяренно обернулся к новому противнику, и в этот момент полный хотел проскользнуть рядом с Ильей, но спасатель свободной рукой двинул его так, что хорошо одетый мужчина полетел на пол между рядами кресел. Правую руку профессиональной мертвой хваткой держал худощавый светловолосый парень, по внешнему виду которого сложно было догадаться о немалой силе. «Секьюрити, мать твою!» – понял Илья и хотел высвободиться, но охранник зажал его в объятия и тихо сказал на ухо:

— Не трогай эту кучу дерьма, вони будет – не продохнуть.

Другой охранник отряхивал костюм на самостоятельно поднявшемся на ноги мужчине, который почти визжал:

— Быстро сюда милицию! Пусть этого… арестуют! Сергей, ты что, как пидер, с ним обнимаешься?! Вяжи его!

— Что я говорил? Это только начало, — так же тихо сказал Илье удерживавший его первый охранник. — Дай мне в челюсть, выключи фонарь и свали от греха подальше, а мы эту свинью уведем, глядишь, все обойдется, — он ослабил хватку.

Не обошлось… «Обиженный» Ильей мужчина оказался крупным бизнесменом, владельцем фармацевтической фабрики, аптечной сети, нескольких магазинов и кафе и, что было хуже всего, — депутатом местной областной Думы, якобы передавшим свое дело дочери и зятю. На Илью завели уголовное дело, он едва не оказался в СИЗО, и только благодаря обширным связям родителей Ильи бизнесмен, оказавшийся дальним родственником Якова Иосифовича, после долгих уговоров отказался от обвинений и забрал свое заявление. Дело прекратили в связи с примирением сторон. На работе Илья получил строгий выговор, лишился премии, но это была реакция на официальном уровне. Спасатели открыто одобряли своего товарища, да и начальник ограничился короткой словесной выволочкой, в которой особого осуждения не чувствовалось, но при случае Черепанов припоминал Вольфссону ту историю, которая чуть позже получила неожиданное продолжение.

Месяца через полтора после событий в театре Илья неожиданно встретил на рынке парня, который был охранником у того самого «обиженного» спасателем бизнесмена. Сергей с двумя мужиками бомжеватого вида разгружал машину с роскошной капустой, за которой сразу выстроилась немалая очередь. Илья удивленно разглядывал парня, а тот, поймав его взгляд, сначала хмуро покосился на него, но затем, узнав, едва заметно улыбнулся и пожал плечами. Дождавшись окончания разгрузки, Илья подошел к Сергею, и они познакомились поближе, сидя в рыночной забегаловке и потягивая на удивление приличное пиво.

— Поперли меня с работы – не обеспечил неприкосновенность той свинье, — Сергей говорил с легкой даже улыбкой, но глаза смотрели сумрачно, без намека на веселье. — Перевели охранником в его же кабак, жена постаралась, она там администратором работает. Я в том борделе две недели еле выдержал и вообще ушел. Давно хотел это сделать, да все не решался, так что не думай, никаких претензий у меня к тебе нет. Теперь ищу работу, а пока здесь перебиваюсь – нужно семью кормить. Правда, Татьяна моя в разы больше получает, — совсем хмуро добавил Сергей.

— Да уж, тут-то какие заработки, — Илья понимающе кивнул.

— Не такие и плохие, хозяин деньги каждый день выдает по окончании работы.

— А тебе не противно даже говорить так? — Илья с отвращением повторил: — Хозяин…

— Противно, да пока ничего другого не нашел. — Сергей пожал плечами. — Ни в милицию, ни в охрану больше не пойду, там еще противнее. Здесь, по крайней мере, мужик честный попался – старый узбек, умный, хитрый, себя надуть никому не дает, но и сам никого не обманывает, у него все по-справедливости.