Шрифт:
Висковатов
Василий Грязный, Советник слободской, везде звонил.Федоров
У Расстани [1] я видел сам, как он В толпе опричников стоял, печален Один в толпе веселой; с похорон, Казалось, только что пришел. Рукою Я сделал знак ему, что б подошел Ко мне; но гневно он отворотился. Тут подлетел ко мне опричник с криком: «Эй! убирайся прочь! не ваш он боле!» Не наш, я повторил, на узника взглянув; И слезы горькие меня пришибли.1
Место у Троицкой заставы в Москве.
Митьков
(утирая глаза рукою)
Давно ли это было?Федоров
В прошлый четвертокМитьков
Ведь молодцы, которых принимают В опричники, живут и по неделе В слободке, что Неволею слывет? Они там ходят под искусом строгим.Федоров
Морозов поскакал с любимцем царским, Басмановым: так диво ли, когда Могучею и удалой рукою Тотчас перемахнет его к царю? И если он в опричники уж принят?Митьков
Так мы возьмем с собой старушку мать Морозова и с нею в ноги упадем Царю, и вымолим ей честь и сына.Висковатов
Мы и без того с приятелем сбирались От града стольного царю челом Ударить: горько, горько на святую Русь, Как на вдовицу сирую, смотреть, Покинул, видно, нас совсем Державный!Федоров
Мы правду выскажем царю-отцу, Как верные сыны; а там... готовы За край родной и голову сложить!Митьков
Так в путь, друзья, скорее!Федоров
Прежде Сподобимся Святых Тайн приобщиться: Кто едет в слободу, тот к смерти будь готов.(Лишь только хотят они идти, слышны редкие удары в колокол; они останавливаются и взглядывают друг на друга.)
Висковатов
Что это за звон?Федоров
(печально)
Знать священник умирает.(Крестятся.)
Трапеза в царских хоромах, в Александровской слободе. В одной стороне стол, покрытый скатертью и уставленный разными серебряными сосудами; в другой, кресла, и перед ними столик, на котором лежит книга. Слышны редкие удары колокола. Служители, поставив блюда на стол, удаляются.
Грозный, Афанасий Вяземский, Малюта Скуратов, Алексей Басманов, князь Осип Гвоздев и несколько других опричников входят поодиночке, опустив голову и скрестивши руки на груди. Когда Грозный останавливается посреди трапезной, опричники становятся перед ним в ряд.
Грозный
Довольно, братья, потрудились Богу, Мы человеки: созданы из духа И плоти. Духом поработали; Молитвами и тяжким воздыханьем И пеньем сокрушили грудь свою; Поклонами земными без числа Смели мы прах церковного помоста; Довольно изнурили плоть: пора И пишу ей. Садитесь и вкушайте.Алексей Басманов
А ты, отец? Ты боле всех трудился; Усердья тяжкого ты на челе Несешь печать: тебе и подобает Вкусить всех прежде от плодов земных.Грозный
Как мне? Поставленный всех выше вас, Всех более приявший власть от Бога Добро и зло творить здесь на земле, И потому всех боле согрешивший, Не наравне же с вами должен бремя Раскаянья нести. Хочу еще Работать Богу духом сокрушенья; А вы за трапезу садитесь, братья!Все опричники, сделав поясной поклон Грозному, садятся за стол и потом усердно едят и бражничают.
Грозный берет книгу со столика и, стоя, читает с благоговением про себя, ударяя себя по временам в грудь. Слезы мешают ему читать далее; он садится в кресла и, облокотясь на столе, закрывает глаза руками.
Алексей Басманов
(Вяземскому)
Что ж ты не пьешь?