Лекамир задумчиво нахмурился. Но промолчал.

— Я также хотела предложить тебе взять с собой Зику, если ты и она не будете против. Она же из тех мест, и ей наверняка хочется повидаться со своими родственниками и друзьями.

— С нами ведь поедут и эти генералы, так? Безопасно ли брать в поход молодую девушку?

— А что тут может быть опасного? Ты будешь постоянно с нами, я тоже не позволю её обидеть, она мне нравится. К тому же, там вокруг будет много её родни. Никто не посмеет её обидеть.

Лекамир молча повернул голову в сторону, о чём-то глубоко задумавшись. Он взвешивал все за и против. С одной стороны, он понимал, что если откажется, то это не остановит Риану. Она вполне может и одна отправиться с врагами на эти острова. А он просто не мог этого позволить. Даже если забыть о приказе короля, он не мог даже допустить мысли о том, чтобы оставить её. С другой же стороны, Риана ясно дала ему понять, что ей не нравится слишком сильная опека с его стороны.

Ему хотелось быть с ней всегда и везде. Следовать за ней, куда бы она ни пошла. Но, похоже, она не разделяет его желание. И это приводило его в отчаянье. Но в глубине души он наделся, что однажды она примет его и тоже захочет следовать за ним.

Что касается Зики, то он не видел слишком сильной опасности в том, чтобы взять её с собой. Наверняка девочка соскучилась по родным местам и с удовольствием отправится с ними, тем более, она всегда с такими горящими глазами расспрашивала его о походах и путешествиях. Она явно, как и он, скучала по приключениям, которые они переживали, пока путешествовали вместе.

— Что ж, — наконец сказал он, — сколько у нас времени, чтобы приготовиться?

Риана широко улыбнулась, понимая, что он согласен.

— Чем скорее, тем лучше. Идеальным вариантом было бы отправить сообщение, чтобы Зика выехала в Сэнкину. Мы могли бы встретить её на полпути и сразу отправиться в Шентру. Там к нашему приезду будет готов корабль.

— Что ж, отлично. Тогда, пока ещё не слишком поздно, надо найти мага и отправить послание в Люкению... Хотя я должен всё же сказать, что всё это мне не нравится. И что нам...

— Моя несравненная и прекрасная из всех живших и живущих... — послышался поток сладких речей, от которых Лекамир рычаще вздохнул и опустил голову.

Риана же, обернувшись, заметила Анака, который уже тянул свои длинные пальцы к струнам лютни. И тут же зазвучали мелодичные звуки.

— О! — воскликнула жрица. — Анак. Я думала, ты уже давно ушёл.

— Как мог я уйти, не простившись со своей музой? К тому же, — он наглым образом присел прямо рядом с девушкой, не обратив внимания на хмурый взгляд рыцаря напротив, — я хотел бы спросить дозволения последовать за вами, прекраснейшая из женщин.

Риана рассмеялась пылким словам юноши.

— Может, хватит уже? — прорычал рыцарь. — Тебе мало того, что ты мне весь день надоедаешь?

— Решать всё равно не вам, благородный сэр, — усмехнулся Анак, и опять направил взор, полный обожания, на Риану.

— Не думаю, что это хорошая идея. — Девушка грустно улыбнулась. — Мы сейчас...

— Я всё равно не сдамся, — тут же выпалил бард. — Я, как и великий Анаквий, буду следовать за вами всюду, устилая ваш путь своими песнями о любви. Услаждая ваш слух моими чувствами о неразделённой любви, если вы не примете моё сердце.

— В таком случае, тебе придётся и плыть самому, потому что мы держим путь на острова. — Риана увидела, как тут же погрустнел Анак, который секундой ранее намеревался долго и с чувством описывать то, на какие страдания готов пойти ради того, чтобы быть рядом со свой музой.

— О... — выговорил он, растерянно опустив голову. — Но, может быть... я смог бы...

— Ты не поедешь с нами! — слишком резко выговорил Лекамир. — А если попробуешь последовать, то не я, так один из генералов точно прикончит тебя за то нытьё, которое ты называешь "чувственной музыкой".

Анак с испугом посмотрел, наконец, на рыцаря.

— Надеюсь, ты не о тех самых?..

— Именно, — как можно боле убедительно сказал Лекамир. — Тех самых генералов Дракона, которых мы будем сопровождать.

Юноша побледнел и даже замер на месте. Риана же с лёгким укором посмотрела на рыцаря, но Лекамир был слишком доволен собой, чтобы чувствовать свою вину. Меньше всего он хотел в путешествии терпеть и этого мальчишку, который в любую минуту готов приклеиться к Риане и ежесекундно признаваться ей в любви. Знал он таких сладкоголосых героев. Запросто могут вскружить голову любой девушке. И если учитывать, что и Зика присоединиться к их путешествию, ему тем более не хотелось видеть такого, как он, рядом. Странно, но он чувствовал в этом смазливом барде больше угрозы, чем от всех трёх генералов вместе взятых. Одно дело — защищать своих спутниц с мечом в руках и совсем другое, когда появляется угроза в виде сладких слов и томного взгляда. Такому он не мог ничего противопоставить.