Поднявшись, она сняла с него ботинки и осмотрела правую ногу. Мышцы внутренней стороны лодыжки оказались сильно деформированными, словно были растянуты до сверхъестественной степени. Даже в состоянии покоя, сухожилия были настолько сильно натянуты, что стопа загибалась внутрь.

Его икроножная мышца выглядела также плохо. Она ощупала напряженные мышцы.

Полное исцеление? Ланте хрустнула суставами пальцев. Она может, по крайней мере, попытаться.

Голубая магия начала искрить на ее испачканных чернилами ладонях, когда она начала водить руками над его телом.

— Исцелись, — приказала она, массируя его.

Тепло от её ладоней начало проникать в тело Троноса. Она видела, как у него под кожей змеятся голубые завитки магии.

— Исцелись.

Кончиками пальцев, она ощутила легчайшие покалывания. Неужели напряжение спадает?

Массаж. Магия. Массаж.

— ИСЦЕЛИСЬ.

Его мышцы стали расслабляться! Его стопа вернулась в нормальное положение покоя!

С радостным смехом, она приступила к лечению левого крыла. Надавив на искривленный сустав, она повторила свои манипуляции.

— Исцелись.

По чешуйкам его крыла стремительно пошла рябь, как обновляющееся табло тотализатора ипподрома. Со щелчком, перекошенная мозаика Троноса выстроилась в естественный завораживающий узор.

Она ласково провела кончиками пальцев по этим металлическим чешуйкам. Проделав такие же манипуляции с правым крылом, она осмотрела все его огромное тело.

Если она достаточно хорошо знала своего Врекенера, то готова держать пари, что у него есть и другие источники боли, о которых он никогда не упоминал. Поэтому она решила сделать ему магический массаж всего тела.

Тронос уже давно застыл в бессмертии, поэтому она сомневалась в том, что эти изменения сохранятся. Большинство изменений, типа татуировок, исчезали у бессмертных приблизительно в течение суток. Но до тех пор, пока у нее есть магия, она будет день за днем избавлять его от боли.

Настало время узнать, как дела у ее пациента…

Тронос пробудился от глубокого колдовского сна.

Вскочив на ноги, он хмуро посмотрел на Меланте.

— Черт возьми, женщина, почему ты заставила меня отрубиться?

Стоп. Он вскочил на ноги, из постели, без проблем… в противовес постоянному постепенному подъему… сейчас он должен ощущать мучительную боль, зарождающуюся в стопе, затем пронзающую ногу и торс, спину и шею, после чего охватывающую крылья.

Где боль?

Он хмуро посмотрел на ступни, они стояли идеально ровно. Ничего подобного он не видел с детства.

— Так что ты говоришь? — полируя ногти, отозвалась она с кровати.

Он осторожно распахнул крылья и с облегчением застонал. Затаив дыхание, он попытался сложить их…

Они свернулись и сжались, именно так, как это и должно быть.

— Как? Как это возможно?

— Колдовской массаж от Ланте. Крутышка.

— Я не знаю, что означает крутышка, — усмехнулся он. — Ты избавила меня от боли?

Улыбка сползла с её лица. С грустью в голосе, она ответила:

— Это меньшее, что я могла сделать, ведь именно я обрекла тебя на эти муки.

А теперь избавила от них. Он даже мысленно не смел надеяться на это.

— Твои силы растут, ягненочек.

Он больше не чувствовал боль, а она восстанавливала свои способности. Они оба исцелялись от ран прошлого. Сегодня ночью сожалению здесь нет места.

Чародеи оказались правы: живя прошлым, разрушаешь настоящее.

— Тронос, я не знаю, навсегда ли это. Но, я готова исцелять тебя каждый день, если понадобится… — Она не успела договорить, потому что он подхватил ее на руки и взмыл в воздух.

— У тебя с этим все в порядке? — спросил он.

— Да. — Она положила голову ему на грудь, ветер трепал ее косы рядом с его телом. — Я доверяю тебе.

Он изо всех сил работал крыльями, улетая вместе с Меланте подальше от Холла, от забот, от ответственности. Под звездами, он не смог сдержаться и засмеялся.

— Я не чувствую боли!

— Возможно, это продлится всего лишь один день.

— И из-за этого тебе придется разминать меня каждый день? — Её руки будут скользить по всему его телу? Он тут же затвердел для нее. — Мне повезло. Но в следующий раз, я должен быть в сознании. И предпочел бы лежать на спине, чародейка.

Ее глаза блестели, пока рукой она скользила вниз по его торсу. Она приоткрыла губы от изумления, обнаружив, что он полностью возбужден.

— Полетели домой.

— Сейчас самый подходящий момент. — Он пристроил Ланте в их пандемонийскую позу: ее ноги вокруг его талии, а он руками тесно прижимает её к себе.