Он нахмурился; она просияла.

Погрубевшим голосом он пробормотал:

— Я… чую на тебе магию?

На её глазах снова выступили слезы.

— Это первые слова, которые ты сказал мне во время нашего знакомства.

Его брови поползли вверх, когда он, очевидно, все вспомнил.

— Я помню тебя! — Узнавание вспыхнуло в его глазах. — Моя Ланте. — Как и когда-то давно, его глаза сказали ей: я был так потерян без тебя.

— Хм, но существует еще часть истории посередине…

— Я уже оставил это позади, — ответил он ей. — Мы не станем зацикливаться на вещах, которые не имеют значения, я не тот, кто станет впустую разбазаривать данные мне золотые… — он поцеловал ее в лоб… — монеты.

Она улыбнулась ему.

— Я всюду искала тебя! Я бы никогда не сдалась!

— Я люблю тебя, Ланте. Я понял это раньше, и собирался сказать тебе об этом той ночью… — он замолчал. — Ты тоже любишь меня?

— Люблю. Я люблю нашу команду. Я хочу вернуть тебя.

— Я здесь. — Его улыбка сияла, подобно звездам. — Ты права. Наша история эпическая. — Он зарылся лицом в ее волосы, вдохнул…

Его мышцы напряглись.

— Подожди. Я стану отцом? — Его крылья распахнулись… словно они тоже были ошеломлены. — У нас будет ребенок?

— При наших-то шансах, да? — иронично переспросила она. — Скоро мы станем армией из трех. И опираясь на данные из достоверного источника, мы сможем справиться с этим.

Он подхватил ее на руки, закружил в объятиях. Затем замедлился, его лицо осунулось. Он поставил ее на ноги, и положил руку ей на живот.

— Мне нечего предложить вам. Тебе… и нашему малышу. — Его рука дрожала, пока он произносил эти слова. — У меня нет королевства. Нет дома. Что может предложить тебе свергнутый король, живущей в неспокойное время в лесу смертных, фракции?

— Наша фракция может жить здесь, в Пандемонии. Ты что-то чувствовал в этой сфере, я точно знаю, что чувствовал.

— Это правда. Но эти земли полны опасностей.

— Из-за полчища демонов? — Она махнула рукой куда-то вдаль, и приподняла вверх свою цепочку. — Не забывай, что я Хранительница Ключей, а ты Чтец Слов. Мы откроем оба затвора и немного проветрим это место. Ой-ой, теперь я еще могу общаться с Драконами! Так что мы сможем заключить с ними какое-нибудь соглашение… возможно нам стоит предложить им горяченьких роткалинских драконш, и все будет окей. — Ланте пробежалась пальчиками по его груди. — Я не говорю, что мы, вроде как присвоим себе Пандемонию. Но и не отрицаю этого.

Он поймал ее руку, и прижался поцелуем к ладони.

— Ты бы стала жить здесь, со мной?

— Конечно! Я бы предпочла жить в аду с тобой, чем на небесах без тебя.

— Врекенеры подумают, что мы сошли с ума.

— Я думаю, они, также как и ты, почувствуют тягу к этому месту. В любом случае, мы сможем убедить их. Я понимаю, что тут надо немного навести марафет, — она жестом обвела вокруг себя, — все вокруг нуждается в любви, нежности и заботе Врекенеров. Но это не страшно, ведро краски и несколько дамб для лавы не смогут навести здесь порядок! — Она привстала на цыпочки, желая получить еще больше его поцелуй. — Мы справимся с этим, Тронос.

Он склонился к ней и его глаза говорили, что он собирается целовать ее до тех пор, пока не подогнутся пальчики ее ног. Прежде чем их губы встретились, он прохрипел:

— Если моя пара сердцем прикипела к Пандемонии, кто я такой, чтобы отказывать ей?

— Что если существует лучшее место, чем долина демонов? — спросил Тронос охрипшим от многочисленных криков в общеизвестный потолок голосом. После того как Ланте снова избавила его от извечной боли, они занимались любовью еще долго после заката солнца. Сейчас они лежали, обнявшись, окутанные его крыльями и делились секретами. — Что если мы должны привести Врекенеров к чему-то еще более великому?

— Что ты имеешь в виду? — Она провела кончиками пальцев по его щеке.

— Я продолжаю думать об одной местной тропинке: Длинная Дорога. Не могу перестать думать об этом.

— Думаю, это что-то значит, — взволнованно ответила Ланте. — Пойдем, посмотрим, что ожидает нас в конце пути!

Он обхватил ладонями ее лицо.

— Точь-в-точь мои мысли.

Одевшись, они рука об руку отправились в ночь. Они ступили на Долгую Дорогу… которая оказалась далеко не прямой и узкой.

Вместе, они следовали ее многочисленными изгибами и поворотами.

С каждым километром все дальше удаляясь от дымящейся лавы и миазмов болота, они ощущали, что воздух становится чище. Солнце медленно начинало свой путь к рассвету, когда их армия из двоих (а скоро из трех) достигла пышной равнины. В центре располагалась огромная гора из серого камня, окруженная белыми облаками и гигантскими деревьями. Меж деревьев извивался журчащий ручеек.

Здесь было прохладнее, утреннее солнце ярко светило.

Казалось, что небо было ослепительно-фиолетового цвета.