Вскоре сотни Жарислава появились на берегу Сулы.

Боярин Жарислав подозвал своего младшего сына Ярволода и тихо сказал ему:

– Переправишься с двумя воинами и поедешь посредником к Горчану. Скажешь ему: если отдаст без боя добычу и людей, сам с двумя телохранителями может уходить в степь. Не тронем. Но скажешь так, чтобы слышал лишь он. Иначе воины...

– Я понял, отче, - ответил Ярволод, подмигнув многозначительно.
– Не то мы потеряем воинов, а хан вдобавок голову.

"Моя кость и моя смекалка!" - с гордостью подумал Жарислав, глядя на широкоплечего и узкобёдрого, сухощавого и жилистого сына, отдававшего приказы воинам.

Ярволод в сопровождении двух отроков, один из которых поднимал на копье белый флаг, переправился на плоскодонке через Сулу. Навстречу уже скакало несколько торских всадников. Вскоре более половины из них вернулись в свой стан, а вместо них появились хан и его телохранитель.

Ярволод на виду у степняков отдал меч отроку, принял стремя у хана, оказывая ему честь, да при этом шепнул:

– Слово тебе молвить должен с глазу на глаз. Не опасайся.

Горчан двинул плечами, презрительно глянул на Ярволода и дал знак своим воинам не приближаться.

– Говори!
– сказал он, и в его желтоватых глазах мелькнула усмешка. Пусть речь твоя будет короткой. Предки заждались меня в Долине Вечного Молчания... и многих из вас тоже... Я не нарушал закон предков при жизни, и мне нечего бояться их гнева после смерти.

– А ещё пожить хочешь?
– спросил Ярволод.

– А ты не хочешь?
– ответил хан, раздвинув в улыбке твёрдые коричневые губы.

– Мой отец, воевода над сей дружиной, повелел передать тебе: сдайтесь и отдайте добычу - и он отпустит тебя с двумя верными воинами на волю.

Не повышая голоса, хан спросил:

– Мне, хану, ты смеешь предлагать позор?
– Его рука легко легла на рукоять ножа.

Ярволод, однако, нисколько не испугался. Как говаривал его отец, был он из молодых да ранних и сразу смекнул, что хан не повышает голоса не случайно.

– А что просишь ты?
– спросил он.

– Оставьте мне половину добычи, - так же тихо сказал Горчан.

Ярволод отрицательно покачал головой.

– Треть...

– Только то, что увезёте в перемётных сумах, - твёрдо молвил Ярволод.

Хан гордо вскинул голову, но младший Жариславич не отвёл взгляда. Так продолжался немой поединок, пока хан окончательно не взвесил всё. Его губы шевельнулись:

– Сделаю, как просите.

Теперь во весь рот осклабился Ярволод и похлопал хана по плечу:

– Спасибо, что уважил... друже...

Хан с телохранителями вернулся в свой стан. Тотчас вокруг него собрались воины. Стояли молча. Десятки глаз требовательно и выжидающе смотрели на него. Телохранитель, мусульманин Юсуф, остававшийся в лагере, протолкался поближе, стал так, чтобы на всякий случай заслонить хана. Горчан растроганно подумал: "Жаль, что взять можно только двоих. Бедный Юсуф". Приосанился, выпятил грудь, улыбнулся - и лица воинов в ответ слегка просветлели, появилась надежда.

– Успех сопутствует мне!
– громко сказал Горчан.
– Русичей привёл мой старый друг. Правда, он не может сразу отпустить всех нас. Ведь там есть и другие русские вожаки, преданные киевскому хану. Мы договорились так. Пока он отпустит только троих - меня и двух моих людей, кого я выберу.

Горчан обвёл улыбчивым взглядом воинов, задерживая его почти на каждом, иногда заговорщицки подмигивая, будто говоря: ты и есть тот, кто поедет со мной на волю. Он продолжал:

– Остальные сдадутся в плен русичам.

Послышался тихий, но грозный ропот.

– Плен будет недолгим, - поспешно проговорил хан.
– Мой друг, русский воевода, оставит для охраны десяток воинов, а сам с отрядом уйдёт в другом направлении. Когда я вернусь с подмогой, ваш плен закончится.

Тягостное, напряжённое молчание было ответом.

Верный Юсуф воскликнул:

– Тысячу лет нашему премудрому Горчану!

Его крик подхватили лишь те, кто рассчитывал попасть в число двух. Недоверчиво и злобно смотрели остальные воины на своего предводителя. А он всё так же улыбчиво положил какой-то свёрток в перемётную суму, бросил несколько слов двум воинам, с которыми был на переговорах.

И вдруг резко вскочил на коня, крикнул: "Ждите!" - и, сбив с ног Юсуфа, поскакал во весь опор к выходу из стана. За ним едва поспевали двое всадников.

Юсуф растерянно поднялся на ноги, часто моргая от пыли и отряхиваясь. Он глянул вслед хану и наконец-то осознал, что его ожидания не оправдались.

– Горчан предал нас! Убейте собаку!
– закричал он и бросился к своему коню, на бегу вытаскивая саблю.

Свистнув, стрела вошла в его горло...

Через несколько минут хан Горчан был уже далеко. Русичи провожали его улюлюканьем.