Волк пришёл в себя, если так можно сказать об ослеплённом животном, и тоже замер, даже рычать перестал. Уши едва заметно дёрнулись, ноздри с шумом втянули воздух и залитая кровью морда повернулась точно в мою сторону.

Я же не шевелился...

Мысленное возмущение оборвал рывок альфы, едва не сбившего меня с ног. Прыжок в сторону, и вновь игра в прядки с тем же исходом. Полдюжины секунд, столько требовалось безглазому, чтобы вновь почувствовать меня.

Так не пойдёт.

Прыгая с места на место, кое-как достал камень и позаимствованную у эльфа иглу - орудовать в слепую в сумке чертовски неудобно, обязательно обзаведусь кармашками.

Камень ушёл в ствол дерева недалеко от меня, спровоцировав волка на очередной прыжок, уже куда мне надо. Тот сработал как и ожидалось, за что и схлопотал иглу в спину.

Всё, теперь главное держать дистанцию и продолжать играть в прятки, надеюсь яд будет стакаться и у альфы.

Волчара взвыл и высказал своё жирное 'счаз - на пороге жизни и смерти животина стала агрессивней, больше не размениваясь на мелкие фокусы с прислушиванием и вынюхиванием, а просто пыталась загнать меня, причём очень даже успешно - спасли вёрткость и нарастающее отравление. Первый же пропущенный удар показал, что второго я могу просто не пережить. Бежать. Быстрее.

Вы отдалились от сердца легиона более чем на 7км: - 50% к регенерации всех показателей; -50% всех характеристик.

Если вы удалитесь свыше 9км вы получите Пылающую Метку.

Как только вы приблизитесь к сердцу, негативный эффект пропадёт.

Иголка давно загнала хиты волка в красную зону и судя по всему перестала действовать, а забег с препятствиями всё продолжался, но вот-вот должен был закончится - с такими штрафами я не бегун, да и не боец. Единственный шанс на победу - бонусы от ожерелья.

Резко остановившись, рывком оторвал ветку и трижды нанёс руку огня своей кровью. Палка тут же обуглилась, превратившись в пылающую и потрескивающую головешку. Пальцы опалило, снеся добрую сотню хитов. Замах, бросок подкреплённый рывком и копьё вонзилось в живот альфы, но тут же осыпалось пеплом, оставив после себя опалённую дыру а спустя пару секунд меня подмяла лохматая туша.

Молодой Альфа. Болевой Шок. Оцепенение 4 секунды.

Сбросить тушу не хватило сил, а рывок в откате. Всадив левую руку в рану на животе, выпустил когти и дал Пару присосаться к кровотоку альфы, а правой принялся одна за другой выводить руны огня. Пару раз рука выводила не тот знак, но получившийся воздух лишь усилил эффект.

Зверь вспыхнул, в нос ударила вонь палёной шерсти и жжёного мяса. Волк взвыл, а вместе с ним я - мы оба горели.

Это всё игра! Это всё ненастоящее!

Пламени было плевать на то, какой это мир. Слизнув одежду, оно обуглило кожу и вцепилось в мясо, щедро пройдясь по болевым рецепторам.

Перед закрытыми глазами мелькали системки, а я продолжал выводить беспорядочные руны на обугленном теле волка и внушать себе истину, в которую уже и сам не верил.

Игра...ненастоящее...иллюзия...

Боги, сколь разным может быть течение времени. Когда врачи отмеряли мне оставшийся срок, дни, нет - недели пролетали одна за другой, теперь же минута растянулась на целую вечность.

Мысли смешались и отступили на задний план. Работая пальцами, словно когтями, я вырывал из туши альфы кусок за куском, а он отвечал тем же. Когда всё же удалось сбросить волка, замер в неуклюжей позе, боясь пошевелиться. Всего, что мне хотелось, если не избавиться от боли, то хотя бы остаться с ней наедине, дать ей успокоиться, забиться на задворки сознания и угаснуть.

Полухрип-полурычание поднимающегося волка порвали в клочья все мои желания, отбросив на задворки сознания и выпустив на волю инстинкты. Рывком поднявшись с земли, до скрипа сжал зубы - обожжённая кожа лопалась, пронзая всё тело болью и застилая взор багровой пеленой.

Рывок, удар. Сдавленный скулёж. Снова удар. Уворот. Когти Пара.

Альфа уже практически не сопротивляется, а я всё не в силах остановиться продолжаю рвать и бить, вымещая страхи, боль и злость.

Удар - с хрустом рвётся плоть твари. Удар - хрустнули рёбра. Удар - кулак с чавканьем погружается в нечто горячее и скользкое.

Кровь залила глаза, а я всё продолжал бить, даже сквозь веки, видя увядающей огонёк чужой искры. Я рвал его на куски собственными пальцами в которых она растворялась, а когда сияние наконец-то угасло, меня скрутила судорога. Внутренности словно накрутили на прут и перемешали.

– Хватит, - рухнув на тушу, тихо шепчу себе, смотря на окровавленные руки, - не хочу...прекратите.

Боль отступала быстро, словно в страхе перед неведомой силой. Спустя какой-то десяток ударов сердца, я уже не был уверен в том, что же со мной случилось. Смотря на опаленные и покрытые волдырями руки, я чувствовал лишь жжение, неприятное, почти болезненное, но не более того.