– Сколько можно?! – взмолился Надодух, вгоняя клинок под челюсть саламандры, вымахавшей размером с африканского слона. – Они же нас просто затопчут!

– За мной!!! – крикнул Битали, увидев мчащуюся из белизны ящерицу размером чуть не втрое больше. Он сунул клинки в амулет, выхватил палочку, присел на колено вскидывая ее вверх: – Вэк!!!

Заклинание подбросило громадину вверх, и потомок Темного Лорда кинулся под брюхо зверюги, то ли проскальзывая, то ли проплывая как можно дальше вперед.

– Вэк, вэк! – Устремившись следом, друзья еще пару раз подбросили опадающую тушу.

Путь вперед оказался открыт – похоже, своих врагов саламандры просто потеряли из виду. Кро продолжал изо всех сил грести вперед, уверенный в том, что убежище спрятано как можно глубже – впереди и вправду появилось что-то большое и темное. Но когда оно приблизилось, оказалось, что это еще одна саламандра, величиной чуть ли не с торгово-развлекательный центр. Невероятных размеров махина, каковую ни зарубишь, ни отбросишь. Она изогнулась, нависла, распахнула пасть и ринулась в атаку…

– Тхарри!!! – Магический укол палочкой заставил чудовище замереть. Волна холода превратила его в камень, прочный и безопасный. Пока безопасный, ибо жар вокруг обещал очень быстро вернуть зверя к жизни.

– Чем дальше, тем больше… – пробормотал Битали, ловя ускользающую мысль. – Чем глубже, тем безопаснее.

Черная распахнутая пасть столь сильно напоминала открытую дверь, что он не удержался, подплыл к ней, ухватился за клык, ступил на шершавый язык, пошел по нему.

– Ты куда, дружище?! Сам в брюхо лезешь?! – крикнул сзади Надодух.

– Воздух! – всего одним словом ответил Кро, и его друзья тут же торопливо полезли следом.

В пасти окаменевшей саламандры и вправду ничего не мешало двигаться. Вязкое тяжелое сопротивление исчезло, и дышали все участники братства полной грудью, самым обычным воздухом, а вовсе не странным порождением амулетов, старающихся сохранить мир вокруг в привычной неизменности.

– Это может быть ловушкой! – предупредил Сенусерт.

– Знаю, – кивнул Битали и снова обнажил египетские ножи.

Шаг за шагом он пробрался по языку до самой глотки. Пригнувшись, вошел в нее… Уже бодрее пробежал вниз по тянущимся по пищеводу ступеням до плотно сжатой мускулистой мембраны. Положил на нее ладонь – и мембрана разошлась, открывая перед гостями огромный зал, выстеленный пышными персидскими коврами. Овальные глянцевые стены, слабо светясь, поднимались и смыкались над головой на высоте в полсотни метров. И по ним даже, кажется, ползли полупрозрачные перистые облачка.

– Вот это да… Нашли! – громко выдохнула Анита Горамник, и ее фраза бесконечным эхом заметалась из стороны в сторону.

– Только осторожнее… – негромко попросил Битали, снова пряча клинки. – Об этом месте мы ничего не знаем…

Убежище показалось бесконечным. Друзья переходили из зала в зал, из комнаты в комнату – а оно все не кончалось и не кончалось. Здесь были просторные зеленые поляны, окруженные лесом, здесь были горные ущелья с холодными ручьями, здесь были берега озер и непролазные чащобы, здесь были поля, огороды и даже городские площади! Причем в окружающие их дома можно было зайти, подняться наверх, заглянуть в комнаты, поваляться на постелях, подбросить дрова в печь, принюхаться к жаркому на кухне. И несмотря на многие века, прошедшие с того момента, когда здешние обитатели вернулись к жизни на поверхности, вода в ручьях текла, рожь колосилась, в лесах бегали ежики, в лугах пели птицы, а жареное мясо на кухне можно было взять с вертела, порезать на ломтики и спокойно съесть.

После долгих хождений друзья попали в тронный зал: белый с золочением вокруг зеркал, заменяющих окна, с расписным потолком, на котором шла бесконечная битва гарпий, чаек и орлов, со сверкающим полировкой полом из темного дерева. Роскоши добавляли эмалевые вставки между зеркалами, изображающие мечи, секиры, стрелы и топоры, яшмовая кромка на уровне пояса и мраморные фонтаны по углам. Тоже работающие по сей день.

Посреди всего этого великолепия стояло на возвышении кресло слоновой кости – массивное, без изысков. Сиденье было сделано из темно-малинового бархата, а спинка…

– Ты только посмотри, какой тут символ власти! – недоморф толкнул локтем Битали. – Сильнейшая защита для главы убежища…

В спинку трона, под ребристым хрустальным панцирем, была вмурована вороненая кольчуга – с несколькими продольными пластинами на плечах, сверкающим полировкой диском на животе и странными эмблемами в виде рыбок по сторонам от него.

– Надо же, какой скромный! – удивилась Генриетта. – Я думала, это будет что-то… Самоцветно-золотое, с ажурным плетением и рунами из чеканки.