Ноябрь в Будапеште выдался солнечным, но ледяным, а когда налетал ветер с Дуная, так и вовсе зимним. Широкая улица, застроенная с обеих сторон семиэтажными домами конца девятнадцатого века, казалась вымершей. Косо застыл посреди панели догорающий изнутри легковой «Мерседес». Только он и освещал собой улицу. Где-то в отдалении резко ударила танковая пушка, потом еще и еще. Продвигались вперед медленно и осторожно: чуть зазеваешься – нарвешься или на снайпера, или на замаскированный пулемет.

Командование поставило задачу взять «Корвин» к очередной годовщине Октября. Командиром штурмового отряда из пяти сводных рот назначили Шимкевича. Для усиления отряду придали танковый батальон плюс организовали огневую поддержку силами танкового полка 33-й механизированной дивизии. Командир полковой разведки, старший лейтенант Сергей Завидный, вернувшись со своими хлопцами «с работы», доложил: задача сложная, «Корвин» держат две батареи 85-миллиметровых пушек, три Т-34-85, пять зенитно-пулеметных установок КПВ. Гарнизон – примерно триста человек, и боеприпасов у них хватит надолго.

Посовещавшись с худым, хмурым командиром танкового батальона, Виктор Владимирович принял решение направить танки в обход по прилегавшим к «Корвину» переулкам. Начали в 21.00. Несколько БТРов открыли шквальный огонь по окнам кинотеатра, бойцы штурмового отряда под его прикрытием устремились к дверям… Оттуда слитно ударили выстрелы. Хорошо было на войне: сразу слышно, где стучит «швейная машинка» нашего ППШ, а где лает немецкий «Шмайссер». А тут и у наших, и у венгров АК-47, поди разберись тут, у кого дела лучше!

Через минуту Шимкевич и это перестал слышать. Осколком мины задело прямо по каске. Не было ни крови, ни боли, но колокол в голове загудел – будь здоров. Потряс головой, помотал из стороны в сторону – вроде как не тошнит, ну и ладно. Предупредил, чтобы орали ему на ухо во весь голос.

Первую сводную роту венгры отбросили быстро и умело. На асфальте там и сям темнели бугорки тел убитых солдат. Комроты, капитана Погодина, зацепило осколками своей же Ф-1. В темноте то и дело сверкали непонятные одиночные вспышки, словно работали блицы фоторепортеров. А может, и в самом деле работали, надо же НАТОвским газетам дать репортаж о том, как Советы топят в крови мирную Венгрию…

Временно отошли, благо прямо на кинотеатр выходил старый жилой дом – стены капитальные, крепкие, все этажи ребята проверили, засады там не было. Командирский БТР-152 задним ходом, снеся ворота, въехал в подворотную арку. Виктор Владимирович, светя фонариком, склонился над картой центра. Куда теперь?..

– Т-54 рвануло на соседней улице! – проорал в ухо Завидный. – Суки, огнеметами их надо жечь!

– Чего? – крикнул в ответ Шимкевич. – Не слышу ни хрена, громче!

– Он говорит, огнеметы нужны, товарищ подполковник! – гаркнул начальник штаба отряда капитан Станислав Пищик.

Так и орали друг на друга, тыча в карту пальцами. И все трое не видели, как сквозь проходной двор молча, бесшумно, делая друг другу только им понятные знаки, скользит группа венгерских мятежников. И как позицию на чердаке полуразрушенного дома напротив занимает снайпер…

Счастье, что венгры не сообразили сразу зашвырнуть в открытый кузов БТРа гранату. Первым заметил черные тени во дворе Шимкевич и резко, чуть не снеся башку старлею, развернул на них СГМБ. Первая очередь легла ниже, под ноги венграм, те сбавили темп, но тут же рассредоточились, ответили дружным огнем.

– Газуй! – гаркнул Завидный солдату-водителю. Увидев, что тот впал в ступор, вытолкнул его с шоферского места, матерясь завел двигатель. Со свистом рванулся воздух из пробитых пулями задних колес. К бою присоединились офицеры штаба отряда – капитан Пищик и лейтенант Лесовский. Водитель, малость очухавшись, тоже взялся за автомат…

Медленно, как во сне, БТР-152 выполз из подворотни на освещенную огнем пожара улицу. Обстановка здесь изменилась – несколько домов, зажженных то ли нашими танками, то ли шальными снарядами венгерских пушек, дымно пылали, у одного из них обрушилась стена, обнажив внутренность чьей-то квартиры. На тротуаре нутром наружу лежал полный горящих платьев зеркальный шкаф, рядом валялся толстый альбом с фотографиями. Он тоже горел.

– Давайте, давайте, Виктор Владимирович! – орал Завидный, орудуя рулем. – Хрен они нас возьмут!

Это были его последние слова. Пуля снайпера, засевшего в доме напротив, вошла в сонную артерию. Старший лейтенант молча повалился головой на руль. Неуправляемый бронетранспортер подполз к стене дома и уткнулся в нее.

– Ленту готовьте! – крикнул Шимкевич, не оборачиваясь. – Стас, Валя! Слышите меня?..

Ствол СГМБ раскалился от долгой стрельбы. На минуту оглянувшись, Виктор Владимирович увидел офицеров штаба, лежащих на дне бронетранспортера с автоматами в руках. Смерть нашла их на боевом посту, с оружием. Лица капитана Пищика и лейтенанта Лесовского и после смерти были жесткими, нацеленными на бой…