То там, то здесь юноша отыскивал приглянувшуюся ему избранницу, брал её за руку, и блеск ярого огня в очах рассказывал больше всяческих слов. Девушка, отняв руку, со смехом бросалась прочь, а за ней со всех ног летел юноша. И когда он у кострища или дальше, у озера, настигал её, то восторженные крики остальных возвещали о том, что под благословенным взором Ярилы родилась новая семья. И опять в счастливом беге неслись по священному Боголесью юные разгорячённые тела, и горячая кровь билась в ушах вместе с ветром, и крепким было объятие в желанный миг, и сладок долгожданный поцелуй.

Святослав вместе со всеми радостно кричал и смеялся. Проследив бег очередной пары, он вернулся к костру. И тут вновь ощутил на себе долгий взгляд. Та девушка… снова она… Смотрит, на сей раз прямо, и глаз не отводит. Какой манящий взор! Как он обволакивает и влечёт к себе! Говорят, так очаровывают Русалки случайного путника, забредшего ночью в их владения. Окружают, ведут к воде и крепко целуют. И когда смертный муж отведает того поцелуя, больше никогда ни единой жены не захочет, а будет искать Русалку до тех пор, пока она не заберёт его к себе в реку или озеро…

Святослав не заметил, как ноги сами понесли его на молчаливый зов, и он оказался рядом с девушкой. Та не говорила ни слова, только грудь её учащённо вздымалась и опускалась, источая неведомую женскую силу. «Нет, не Русалка, – подумал мельком Святослав, – у них не бывает таких тяжёлых русых волос и светлых, будто пшеничные колоски, бровей, милого округлого лица с редкими конопушками на маленьком носу, крепкой ладной стати и блестящих живым огнём глаз». Теперь он точно вспомнил взгляд этих глубоких до бездонности очей, который невзначай ловил на себе. Но тогда не обращал внимания, был занят другими делами и мыслями, а теперь Ярило будто снял с его глаз пелену, и наступило прозрение. Выходит, она давно заглядывается на него? Может, из-за того и приходила в Ратный Стан?

Святослав почувствовал, как неведомая сила вновь всколыхнула его. Он взял девушку за руку, крепко сжал пальцы, затем привлёк к себе и смело заглянул в распахнутые навстречу зеницы.

– Как зовут тебя? – прошептал.

– Ладомила… – чуть слышно выдохнули уста.

– Ладомила!.. – только и смог повторить Святослав, задыхаясь от переполнявшего его чувства.

Девушка высвободилась из объятий, рассмеялась тихо и призывно, будто зазвенел серебряный колокольчик, и, полоснув молнией своего колдовского взгляда, устремилась по тропке между берёзами.

Встречный ветер обозначил её тугой стан, прижав к телу вышитую сорочку и плахту с узорами. Вскоре девушка светлым пятном замелькала среди деревьев. Святослав ринулся вслед, полетел за Ладомилой, как сам молодой Стрибог, не чуя земли под ногами. Кажется, никогда прежде он не бегал так быстро и невесомо, за спиной будто выросли крылья. Тропка, спустившись пологим склоном, вывела к молодому березняку. Серп новорождённого месяца блестел в небе, давая совсем немного света, однако его дополняла щедрая россыпь звёзд, – это благой Велес выгнал на Сварожьи пастбища своих звёздных овец и коз.

Вот уже совсем рядом белая сорочка, Святославу показалось, что девушка слегка выдохлась и умерила бег, и его руки тотчас коснулось её плеч. Ещё миг – и юное трепещущее тело в его объятиях, два сердца бьются гулко и часто. Уста находят друг друга, и поцелуй длится бесконечно долго. Рвущееся, переполнявшее Святослава чувство теперь обрело конкретный облик, – именно этой девушки желал он больше всего на свете, именно её хотел любить и держать в своих объятиях!

Ласки обоих были неумелыми, но горячими и нежными.

– Мы можем оставаться здесь до Зари, – прошептал он на ухо любимой, хотя их никто не слышал.

Всю ночь до утра Ярилина роща полнилась тайными звуками поцелуев, блаженных вздохов, шёпотом и счастливым смехом. И сам юный бог радовался устроенному в его честь торжеству Любви. А на рассвете пары стали собираться у храма, чтобы встретить восход ярого Солнца.

Святослав с Ладомилой, держась за руки, как и прочие пары, подошли к жрецу. Горицвет с Болесей уже стояли по его правую руку. Сияющее лицо друга, его радостное приветствие и поздравления говорили о том, что он бесконечно счастлив. Святослав тоже чувствовал небывалое умиротворение, – рвавшаяся наружу и мучившая его сила наконец была исторгнута из тела, оно стало лёгким и невесомым, будто облако в небесах. Внутри всё обрело лад и пришло в состояние блаженного равновесия. Только тихая радость и нежность струились из его глаз, а рука сжимала пальцы любимой девушки, женщины, жены. Он взял себе жену – теперь эта мысль была простой и естественной.

Когда собрались все пары, жрец, возложив ладони на головы стоявших впереди Болеси и Горицвета, провозгласил:

– Вы, избравшие друг друга в священную ночь Ярилы, благословляетесь Творящим Жизнь Богом нашим и нарекаетесь Яровыми возлюбленными. Отныне никто, даже отец с матерью выбор ваш ни осудить, ни оспорить не могут! Пусть же протекает во благе жизнь ваша, и священный огонь Любви, что зажёг Ярило в душах ваших, не гаснет отныне и во веки веков! Пусть будет у вас много детей, и растут они здравыми и сильными! Скрепите же перед ликом Ярилы и всем честным народом союз ваш поцелуем и принесите Богу нашему благодарственную жертву. Горицвет и Болеся! – торжественно заключил он. – Нарекаю вас мужем и женой!