Шрифт:
– Но как мы купим вино?
– опечалился один из братьев.
– У нас нет денег! А вина должно быть много...
– Я вижу, что вы хорошие, добрые юноши. Вот, возьмите золотые монеты и купите на них тысячу больших кувшинов вина. Наймите возчиков и привезите вино к озеру. Я знаю, никто не воспрепятствует вам!.. А я хочу помочь вам бескорыстно...
И юноши поступили по его совету.
– Надо бы нанять землекопов, - сказал второй брат.
– Нет, - сказал первый.
– Я чую почему-то, что мы должны сами осушить колодец.
Нелегко пришлось им, но всё же они осушили колодец и затем наполнили этот колодец вином. Но что делать дальше, они не знали, и коней до сих пор не встречали. Стали юноши искать мудрого старца, но не могли найти его! Тогда стали они думать, и напрягали рассудки свои, покамест их не осенило! Тогда они спрятались вблизи колодца, наполненного вином. И никто не мог бы увидеть их. А вскоре появились необыкновенные кони. Кони понюхали колодец, почуяли винный дух, зафыркали и ушли. И семь дней кряду приходили кони и не хотели пить вина. А на восьмой день не выдержали мучения жажды и стали пить вино. И пили долго и захмелели. И юноши поймали их и отвели к царю Сулейману.
Очень красивы были эти кони золотистой масти. Засмотрелся на них великий царь и пропустил время утреннего намаза. Тогда он совсем разгневался и приказал убить всех этих коней.
– Эти кони джиннов не должны жить!
– сказал он.
А юношей он пообещал наградить и мать их освободил из темницы. Но они по-прежнему не знали, что это не настоящая их мать. И вот царь Сулейман сказал им:
– Вы поймали этих коней, вы и убейте их!
Юноши жалели коней, но всё же повели их за город для убийства. И когда проходили мимо большой мечети, наступило время намаза. Юноши стали молиться и вдруг увидели, что два жеребца среди коней также преклоняют колени. И юноши на свой страх и риск решились пощадить этих жеребцов. И они убили всех коней, а этих жеребцов привели назад во дворец к царю Сулейману. И рассказали о том, как эти жеребцы почтили правую веру. Тогда царь сказал так:
– Я обещал вам награду. И я решил так: возьмите этих жеребцов, возьмите свою мать и возьмите три кувшина, наполненных золотыми монетами. И ступайте из моей страны, куда глаза глядят!..
Царь не желал, чтобы сыновья царевны джиннов оставались в его стране. А юношам такое решение показалось вполне справедливым и они, взяв коней, кувшины с золотом и свою мнимую мать, отправились куда глаза глядят из страны царя Сулеймана.
А их настоящая, мать, царевна джиннов, не могла открыться им, потому что они исповедовали правую веру. Тогда она решилась прочесть особые заклинания и вызвала к себе своего давнего возлюбленного, Северный ветер. И она просила его, чтобы он помог своим сыновьям. И прилетел Северный ветер и принялся дуть что есть мочи. И взвились в воздух юноши вместе со своей мнимой матерью, которая вскормила и воспитала их, и полетели. Но кони и кувшины с золотом оказались слишком тяжелы и потому остались на месте. А юноши и их мать прилетели в далёкую страну, где их приняли хорошо и провозгласили юношей правителями этой страны. И они жили долго и счастливо. А кони и кувшины с золотом остались брошенными в пустынных местах. И по этим местам кочевали древние роды тюрок. Один вождь увидел коней и кувшины с золотом и взял их. И на это золото он купил хороших кобылиц и случил их с этими жеребцами. Вот откуда пошли славные кони кочевников!.. [187]
187
...кочевников...– Общетюркское сказание.
И глядя теперь на коней с выпуклыми глазами, ловких, быстрых в езде и послушных всаднику, Осман невольно думал о своих людях:
«Вот так и мы, подобно сыновьям царевны джиннов и Северного ветра, не знаем своей истинной силы! Вот так и в нас, да и в каждом человеке сочетается зловещее и божественное...»
Посольство, возглавляемое Османом, двинулось в Конью. Осман во второй раз в своей жизни проделал тот путь, который некогда впервые проделал его отец Эртугрул. Но в первый раз, в первую свою поездку в Конью Осман был ещё ребёнком, не понимавшим слишком многого. Теперь же в Конью, прежнюю столицу государства сельджукских султанов, ехал взрослый человек, юноша, наученный воинским искусствам и умудрённый мудрыми советами своего отца.
Оставалось проехать не так уж много, уже видны были вдали стены и минареты. Но наступала ночь и Осман решил, что лучше всего будет не ехать ночью, а встать лагерем близ одного селения. И покамест его спутники ставили палатки, Осман проехал вперёд и увидел большую постройку, напоминающую дворец, имевшую внешние и внутренние дворы, в которых росло много деревьев. Ворота были заперты, и людей не было видно. Осман вспомнил сказки о джиннах, об их таинственных обиталищах, столько раз слышанные в детстве. Теперь, будучи взрослым, он не очень-то верил в существование джиннов. Однако в глубине души он всё ещё оставался мальчиком, жаждущим испытать бодрящее чувство ужаса! И вот он спешился, подошёл к воротам, схватился за кольцо железное и принялся настойчиво стучаться...
И спустя совсем короткое время ворота начали отворяться. Отворивший их человек был ещё молод, одет был в длинное чёрное одеяние и на голове имел маленькую чёрную шапку, похожую на перевёрнутую деревянную чашку. «Кто бы это мог быть?» - подумал Осман. А вслух сказал:
– Я - сын Эртугрула, вождя из племени кайы. Мы - тюрки. Я направляюсь в Конью к султану. Мы остановились здесь, неподалёку, ночуем. Я увидел ваш дом. Любопытство одолело меня. Скажите мне, кто вы?..
Осман всё ещё произносил слова этой своей речи, но уже понимал, что человек в чёрном одеянии не понимает его слов. «Как же мне быть?» - подумал Осман.
Однако всё же он завершил свою речь. И тогда человек в чёрном стал делать ему знаки. Осман разобрал по его жестам, что человек этот хочет, чтобы Осман подождал прихода толмача. И в знак того, что будет ждать, Осман приложил ладони к груди. Человек поклонился ему и ушёл, показав Осману своё доверие, потому что оставил ворота приоткрытыми. Осман же не стал входить без приглашения.
Вскоре первый человек воротился и рядом с ним шёл второй, одетый в такую же одежду и с такой же шапочкой на голове. Они оба были довольно ещё молоды, смуглы лицами, имели усы и небольшие бороды тёмные. Второй пришедший оказался, как и ожидал Осман, толмачом.