— Не буду. Уверена — после завтрака он повеселеет. Голодные мужчины порой не отвечают за свои действия.

— Вот именно! — многозначительно буркнул Брэд, окидывая фигурку девушки таким взглядом, который ясно говорил, что его собственный голод не имеет никакого отношения к банальной пище.

Они нашли Билли уже сидящим за столиком. Мелоди попыталась как-то привлечь внимание мальчика и возродить его вчерашний интерес к своей особе, столь заметно проявившийся во время их предыдущей встречи. Но малыш демонстративно не замечал девушки и не реагировал на ее отчаянные попытки завязать беседу. Так продолжалось в течение всего завтрака. Билли разговаривал лишь с отцом или пребывал в угрюмом молчании.

Мелоди, расстроенная неудачными попытками найти общий язык с мальчиком, чувствовала себя за столом все более и более неловко. Было видно, что Брэда постепенно начинает раздражать поведение Билли и что он вот-вот готов сорваться. Решив, что она должна во что бы то ни стало предотвратить неприятную сцену, Мелоди отважилась на последний маневр, при помощи которого надеялась выяснить причину недовольства мальчика.

— Слушай, Билли, может, я обидела тебя чем-нибудь? Что-то не так сказала? — без обиняков спросила она, и с невероятным облегчением увидела, что в темных, глубоких глазах Билли, унаследованных им от своей матери, появилось виноватое выражение.

Секунду мальчуган смотрел на Мелоди в смущенном молчании, а потом отвернулся к отцу. Чувствуя, однако, что на сей раз ему не отвертеться от ответа, Билли буркнул себе под нос едва слышно:

— Нет, ничем не обидела.

— Но тогда в чем дело? Может, поговорим начистоту — тебе легче станет…

В течение нескольких, тянувшихся целую вечность секунд казалось, что в мальчике возьмет верх злобное упрямство. Мелоди уже потеряла надежду, когда Билли наконец заговорил.

Он спросил своим нежным, детским голоском, дрожавшим от долго сдерживаемых слез:

— Мой папа всю ночь был у тебя?

— Что-о-о?! — одновременно выдохнули в унисон Брэд и Мелоди, не ожидавшие ничего подобного.

Глядя на отца теперь уже с нескрываемым упреком, Билли пояснил:

— Я проснулся прошлой ночью, все ходил, искал тебя… а тебя нигде не было… Ты у нее был?

— Да, — честно признался Брэд. — Некоторое время я пробыл у Мелоди. Нам надо было кое о чем поговорить. Мне и в голову не могло прийти, что ты проснешься. Но почему утром ты ничего не сказал?

— Потому… потому что боялся: ты рассердишься, что я вставал ночью.

— Да с чего бы мне сердиться, спрашивается?!

— Дженни иногда очень сердилась на меня за это…

— Ну, я не такой строгий, как Дженни, — улыбнулся Брэд. — Это ты меня прости, что оставил тебя ночью одного. Ты не сильно испугался?

— Нет, — гордо произнес Билли. — Я уже большой.

— Ну, разумеется! — поспешно вмешалась Мелоди. — Но ведь всегда немножко страшно проснуться в незнакомом месте, правда? Мне самой бывает не по себе, когда порой открою глаза в полной темноте, и целую минуту лежу, и понять не могу — где же это я, собственно, нахожусь. Помню, как после переезда к тете Ли в первый раз заночевала там. Проснулась среди ночи в ужасе, что тетя ушла и оставила меня одну. В глубине души я, конечно же, знала, что никуда моя тетя не денется, но все равно лежала и дрожала от страха, честное слово!

Никак не ожидавший подобных откровений от взрослой женщины. Билли широко раскрыл глаза от удивления.

— Что, тебе и вправду страшно было?

— Еще как! Любому человеку порой бывает страшно. Нет такого человека, который ни разу в жизни не боялся чего-нибудь. Так что совсем не стыдно признаваться в том, что ты боишься. Только законченные дураки стараются сделать вид, что им все нипочем.

— Я, в общем, тоже испугался, когда папа ушел и оставил меня одного прошлой ночью, — признался, наконец Билли. — Но не больше, чем на минутку!

Брэд произнес как можно убедительнее:

— Билли, ты же знаешь, я никогда и нигде тебя не брошу. Даже если мне приходится уезжать в командировки, Дженни всегда в курсе, где именно я нахожусь, так что ты в любой момент можешь связаться со мной. Как только понадобится!

— Знаю, — сказал мальчик с легким вздохом, который показывал, что, несмотря на полное доверие к словам отца, он все-таки не мог до конца удовлетвориться ими.

— Что же тогда тебя беспокоит? — продолжал добиваться объяснений Брэд. Повинуясь предостерегающему жесту Мелоди, он изо всех сил старался сдерживать нетерпение в голосе.

— Мама уехала и не вернется никогда… — бесцветным голосом пролепетал Билли, и слезы, навернувшиеся ему на глаза, вот-вот грозили хлынуть неудержимым потоком.

Взрослые понимающе переглянулись, Брэд попытался найти слова утешения и успокоения.

— Сынок, послушай. Ведь далеко не все люди на свете ведут себя так, как твоя мама. Кроме того, несмотря на массу дел, крайне важных для нее, она все-таки любит тебя. И я никогда не оставлю тебя. Для меня ты — самый родной и близкий человек во всем мире. Я всегда буду с тобой, всегда. Ты должен твердо верить в это. Я даю тебе слово.