Она звала, хранителя семьи.

Покорности и от чужих не требуй,

Кто воспитал мятежный дух в семье;

А кто в делах домашних мудр, – сумеет

И городом разумно управлять,

И властвовать, и покоряться власти.

Во всем ему доверься: будет он

В смятенье битв незаменимым другом

И воином бестрепетным; но тех,

Кто царствовать мечтает над царями,

Презрев закон, – я тех не похвалю.

Чтить волю тех, кто правит нами, должно

Не только в легком, но и в трудном деле.

Нет хуже зла, чем дух мятежный: гонит

От очага домашнего людей,

И воинов он обращает в бегство

Постыдное, и губит города.

А граждане, покорные владыке,

Спасаются. И так, оберегать

Нам следует закон, не допуская,

Чтоб женщина владела нами. Нет,

Когда мне пасть назначено Судьбою,

Пускай паду я от руки мужей, —

Но женщине не покорюсь вовеки!

Хор

Насколько я, годами удрученный,

Могу судить, – ты правду говоришь.

Гемон

Дарованный богами, разум в людях

Прекраснее всего, что в мире есть.

Я не скажу, сказать я не посмею,

Что ты неправду говоришь, о нет!

Но, может быть, отец, есть доля правды

И у других. Мне легче знать про то,

Что думает народ, что порицает,

Меж тем как царь единым взором страх

Внушает тем, чьи праведные речи

Ему не льстят. И вот я знаю, царь,

Что втайне все невинную жалеют

И сетуют, что ожидает смерть

Позорная за подвиг дочь Эдипа

Несчастную, что не хотела труп

Погибшего в бою родного брата

В добычу птиц и кровожадных псов,

Лишенного могилы, бросить в поле.

«Не должно ли наградой золотой

Ее почтить?» – так в городе глухая

Молва идет. А для меня, отец,

И жизнь и честь твоя всего дороже,

Затем, что сын величием отца

Бывает горд, отец – величьем сына.

Не думай же, что истина тебе

Принадлежит и никому другому:

Кто всех умом мечтает превзойти,

И мужеством, и даром слова, часто

Ничтожней всех; а истинный мудрец

Упорствовать не будет в заблужденье:

Благой совет он примет не стыдясь.

Так дерево, поникшее ветвями,

Не падает, а гордый ствол, поток

Бушующий с корнями вырывает;

Так мореход, свой парус не сложив

Под бурею, спасается на утлой

Скамье гребцов – обломке корабля.

Забудь же гнев, скажи, что отменяешь

Ты приговор. Насколько я могу,

Как юноша, судить о том, – нельзя

Желать, чтоб все рождались мудрецами, —

А если ум – столь редкий дар, то пусть

Хоть умному совету люди внемлют.

Хор

В чем Гемон прав – послушайся его;

А ты прими совет отца: разумно

Вы говорили оба.

<