Шрифт:
Сторож
Спроси — я презирать тебя не стану.Эдип
Где мы теперь? Что это за места?Сторож
Все расскажу, что знаю сам. Так слушай:Места — святые. Посейдон-владыкаХозяин здесь и Прометей-титан,Бог-огненосец. Место, где стоишь,Зовут у нас Порогом Медным [2] . Он —Оплот Афин. Окрестные поляГордятся древним конником Колоном,60 Их покровителем; мы имя носимВсе в честь него единое — колонцы.Вот где ты, странник. Это место чтутОбычаем святым, а не словами.2
Медный Порог. — См. ст. 1637. Так назывался каменистый кряж перед входом в пещеру, считавшуюся входом в преисподнюю.
Эдип
А в этом крае кто-нибудь живет?Сторож
Конечно: те, что носят имя бога.Эдип
А кто здесь правит — царь или народ?Сторож
Царь всей страною правит из столицы.Эдип
А как зовут правителя страны?Сторож
Здесь царствует Тесей, Эгеев сын. Эдип
70 А можно ли гонца к нему отправить?Сторож
Зачем? — просить, чтобы сюда он прибыл?Эдип
Чтоб, мало дав, он много получил.Сторож
Что может дать ему такой слепец?Эдип
Хоть я и слеп, но зорок разум мой. Сторож
Послушай, друг, — чтоб зла тебе избегнуть(Ты, видно, благороден, хоть и нищ),Здесь подожди, где я застал тебя.Я побегу скажу — не горожанам,А землякам своим, и пусть решают,Остаться ли тебе иль уходить.(Уходит.)Эдип
Дитя, где чужестранец? Он ушел?Антигона
Ушел, отец, — ты можешь обо всемСвободно говорить: я здесь одна. Эдип
Владычицы со взором грозным! НынеЯ перед вами, первыми, склоняюсь, —Не будьте к Фебу и ко мне [3] суровы!Он предсказал мне долгий ряд страданийИ здесь успокоение предрек, —Вещал, что в некий день приду я — странник —90 Под кров богинь, и сяду там на камень,И жизнь свою злосчастную окончуНа благо приютившим, на погибельТем, кто, отвергнув, выгонит меня.И знаменья возвещены заране:Землетрясенье, гром и пламя Зевса.Теперь я понял: по прямой дороге,Не иначе, как вашим изволеньемЯ в эту рощу приведен: вовекиЯ первыми не повстречал бы вас,100 Врагов вина, [4] — я, трезвенник суровый;Не сел бы здесь, на камне заповедном.Богини! Здесь, по слову Аполлона,Мне смерть пошлите, разрешив от жизни,Коль смерти я сподоблюсь через вас,Я, тягостнее всех пронесший бремя.О сладостные чада древней Ночи!И вы, одноименные с Палладой,Афины, между всеми чтимый град!О, сжальтесь над обличием плачевным110 Того, кто звался некогда — Эдип!3
…к Фебу и ко мне… — О былой вражде между Аполлоном и Эриниями-Евменидами см. трагедию Эсхила «Евмениды».
Вражда между Фебом и Эриниями — символ борьбы между гибнущим материнским и возникающим в героическую эпоху отцовским правом. Феб — представитель отцовского права, Эринии — материнского.
4
…Врагов вина… — Ср. ст. 147—151 и 465. Эриниям приносили в жертву чистую или смешанную с медом воду, но не вино.
Антигона
Отец, умолкни: вон подходят старцы —Удостовериться, где ты сидишь.Эдип
Молчу, но уведи меня с дорогиИ в роще скрой, чтоб я услышать мог,Что будут говорить они. Лишь в знаньеЗащита нам на жизненном пути.Парод
Строфа 1
Хор
Но кто же здесь был? Куда он ушел?Где скрылся он, наглый из наглых?Разведать скорее!120 Искать его всюду!Какой-то бродяга… безвестный старик!Свой сюда не посмеет войти,В заповедную рощу богинь,Необорных и неименуемых,Мимо которой проходим мы молча,Глаз не решаясь поднять,Благоговения полны.Ныне же муж нечестивыйВ тайную рощу вошел, —130 Все священное место кругом обойдя,Я постичь не могу, где он скрылся! Эдип
Вот я вышел. Не зреньем, а слухом познал:Срок вещаний исполнился.Хор
Горе! Увы!Как ужасно и видеть и слышать его!Эдип
Святотатцем, молю, не сочтите меня.Хор
Зевс-заступник! Да кто же он, этот старик?Эдип
Тот, чьей горькой завидовать доле никтоНе захочет, блюстители здешней земли.140 Да и вправду: зачем бы мне было смотретьНе своими очами? ЗачемЯ влачился б за слабою, сильный? Антистрофа 1
Хор
Увы! Ты слепцом ли родился на свет?По облику вижу, старик, твоему,Что прожил ты долгийИ горестный век.Я к мукам твоим не добавлю печали.Знай бредешь! А входить не дозволеноВ молчаливую рощу богинь,На ее зеленеющий дерн,150 Где в наполненной чаше сливаются с медомЧистые струи. ЗлосчастныйСтранник, страшись! Уходи!Поторопись! Ты не слышишь?Ежели хочешь ответить,Так священное место покинь и тогдаГовори — а дотоле безмолвствуй!