– Ну, раз так, то всё ясно! – ответил Кирилл.

– Чем занимался сегодня, перед тем, как решил прийти ко мне?

– Я? Да ничем таким не занимался… просто, решил прогуляться, вот.

– И что? Как тебе у нас? – спросила девушка.

– Неплохо, пока больше всего понравилась набережная, та, что чуть ниже Дома Культуры.

– Можешь не объяснять, у нас одна набережная в городе! – остановила она.

– Хорошо, – ответил Кирилл.

– Смотри, – девушка повернулась вправо, – это детский дом, иногда малыши бегают там, на площадке, – Акиль взглянула на забор с кольцеобразными рисунками, за которым и находилась упомянутая площадка.

Детский дом был обнесён этим самым забором с трёх сторон, сзади бетонную стену обволакивали своими кустами деревья.

– Сейчас, уже не выйдут?

Акиль достала из кармана свой мобильник.

– Нет. К сожалению уже нет, последний раз их выпускали гулять в четыре часа.

– Понятно, – Кирилл на пару секунд остановился, взялся за ручки коляски поудобней и продолжил везти девушку.

– Ты чего? Устал? Так отдохни, – сочувственно сказала Акилина.

– Нет, нет, Акиль, просто руки затекли, ничего страшного.

– Уже недалеко.

– Пошли, – улыбнулся Кирилл.

Ребята выехали на улицу «Молодёжная».

– Ну что, куда теперь?

– Через дорогу и снова прямо.

Дорога, что тянулась от площади к кинотеатру, была пуста.

– Акиль, смотри, а что это за страшное здание?

Девушка взглянула на близлежащее, оранжевое, обветшалое двухэтажное сооружение. Каждый пустой оконный проём с его первого по второй этажи занят решётками из железных прутьев.

– Да, я согласна с тобой, выглядит он немного жутковато, Кирилл, но когда-то давно это здание считалось детским садом.

– Детским садом? Нет... не верю…

– Да, но как бы нам не казалось, это детский садик, по крайней мере, был им… – тихо, почти шёпотом произнесла она.

– О, снег? – ушёл от темы парень.

– Ага. Точно снежок.

Девушка улыбнулась. Она подняла голову в тёплом капюшоне и улыбнулась небу.

– Смотри, а снегопад, однако красит этот «садик».

Акиль снова обратила внимание на двухэтажное здание.

– И, правда, прикольно! – согласилась она. – Ладно, пошли в парк, он в двух шагах.

Девушка подалась телом немного вперёд, показывая всем своим видом, куда нужно идти?

Они пересекли заснеженную тропу; перебрались через поребрик, выкрашенный в цвет бордового утреннего восхода, и примостились у голубого фонтана-восьмиугольника; уже десять лет, а то и более того он был лишён способности приносить радость своими картинками из брызгов детям из близлежащих домов-муравейников.

– Очень красиво здесь, правда жалко, что сейчас не лето и… фонтан не работает.

– Думаю, что и в летний сезон ты не застал бы его в работе. Вот два фонтана, что находятся на площади, вот они летом смотрятся классно!

– Да? Но почему же не застал бы? – поинтересовался парень.

– Дело в том, что последний раз я видела его в работе, когда была совсем маленькой девочкой, лет так четырёх… может пяти.

– А потом? – прошептал он.

– Ну что потом? Просто… позже местная шпана исковеркала его... это уже не важно, я считаю, что проведённое мной здесь детство – самое счастливое!

Кирилл скинул с головы капюшон, изъял белую шевелюру, вобрал в себя холодный воздух, затем изо рта его наружу вылился необычайно красивыми волнами - пар, что взлетал вверх, а ветви нагих деревьев разрезали его клубы надвое.

– Ностальгия. Понимаю тебя, я тоже скучаю по своему детству, тогда мы все беззаботные, и можно просто делать всё что захочется: прыгать с крыш гаражей, играть в прятки по двадцать-тридцать человек… вообще, когда мы дети с нами происходят довольно необычные, часто даже необъяснимые вещи.

– В которые поверить-то порой невозможно, – понимающе подхватила Акиль мысль собеседника.

– Точно! – подмигнул он.

– Маленькой, я бегала здесь с остальными ребятами, моими ровесниками; они жили и, наверное, живут до сих пор в этих пятиэтажках. Мне здесь очень нравилось, нравится и сейчас, особенно летом, когда деревья одеваются в зелень, а парк полон детского духа…

– Да и сейчас здесь неплохо, правда, почти пусто…

Кирилл окинул взором тех людей, которые находились помимо них с Акилиной в этом уютном местечке, а именно: двух мужчин, выгуливающих своих собак. Один был хозяином шпица белого цвета с большим чёрным пятном, распластавшимся на его левом боку. Второй же был обладателем немецкой чёрно-рыжей овчарки; левое ухо её было загнуто немного вправо, а правое заостренно, стремилось вверх, вверх к небу, что уже давно укрылось звёздами.

На противоположной стороне, на скамейке сидели и общались две довольно симпатичные девушки: шатенка и брюнетка того же возраста, что и Акилина.