После поминальной попойки наутро настроение у шампанцев было ху же некуда. Чтобы не терять времени, Гуго хотел немедленно купить все имеющееся на складах продовольствие, но оказалось, что накануне появления шампанских рыцарей в Шалоне кто-то опустошил и предал огню городские склады и увел из города всех запасных лошадей.

Гуго де Пейну снова пришлось идти к кастеляну и требовать объяснений. Монсеньор де Бресси был удручен и подавлен.

– Возможно, это сделали люди короля, – после долгих колебаний проговорил он, опустив глаза, – но зачем они сделали это, я не могу знать.

– Что еще за люди короля? – спросил Гуго.

– Королевский отряд. Они два дня назад останавливались здесь, – сказал кастелян.

– Но вы же сказали, что никакие всадники не проезжали через Шалон. А между тем на дороге убили нашего товарища, и мы ищем его убийц. Вы солгали, монсеньор, – произнес обвинение де Пейн. Де Бресси не стал возражать. Глядя в пол, он произнес:

– Вы, сударь, спрашивали о семи подозрительных всадниках, а людей короля было восемь, и они вовсе не выглядели подозрительно. Их вел благородный барон Александр де Ретель, и он показал мне подорожную с особыми полномочиями, подписанную самим королем и скрепленную большой королевской печатью.

– И что же эти люди хотели в Шалоне? – спросил де Пейн.

– Они искали вас, шампанцев. Поэтому я и не хотел говорить вам о них. Они просили меня задержать шампанский отряд из трех десятков всадников, которые в ближайшие дни, возможно, проедут через Шалон. Но я отказал им. Я сказал, что у меня маленький гарнизон, и поэтому я не располагаю достаточными силами, чтобы задержать такой большой отряд. А если бы даже и располагал, то все равно ничего не стал бы предпринимать до распоряжения своего сюзерена, герцога Бургундского, ведь нынешний граф Шампанский его добрый сосед.

– И по какой же причине люди короля хотели нас задержать? – спросил командир шампанского отряда.

– Барон Ретель сказал, что речь может идти о заговоре против французской короны, – промямлил де Бресси.

– Надеюсь, вы не поверили в этот бред? Мы направляемся на войну с маврами, и нам нет никакого дела до заговоров, – сказал Гуго.

– Вот и барон сказал, что вы якобы направляетесь в Арагон на войну с маврами, а на самом деле, весьма вероятно, являетесь тайным посольством для заключения военного союза Шампани с Бургундией, Тулузой и Аквитанией против короля Филиппа, – произнес кастелян.

– Что за чушь! Откуда только они взяли такое предположение? – воскликнул де Пейн.

– Этого я не знаю, но, когда я отказался помочь им, барон впал в бешенство. Он перевернул обеденный стол и схватился за меч, но, увидев, что за моей спиной людей значительно больше, плюнул в мою сторону и в ярости ускакал, обещая вернуться и наказать нас. Наверное, тогда он и приказал ограбить и сжечь склады и увести лошадей из конюшен. По правде сказать, эта последняя выходка барона переполнила чашу моего терпения, и я решил сейчас все рассказать вам, ведь в конце концов граф Шампанский приходится мне троюродным братом по матери, – сказал де Бресси.

– Как бы там ни было, монсеньор, теперь мы не сможем вовремя выполнить поручение графа, потому что без свежих лошадей нам придется ехать гораздо дольше, да и припасы были бы весьма кстати, – пробормотал Гуго.

– Ага, вот вы и проговорились, шевалье. Так, значит, барон Ретель был не так уж не прав, и вы действительно выполняете какое-то поручение, а поход на войну для вас только повод? – произнес кастелян. Взгляд де Бресси сделался пристальным, и в глазах появился недобрый огонек. Он ждал объяснений, и Гуго решился немного приоткрыть тайну их путешествия. Другого выхода он сейчас не видел. Глядя прямо в выцветшие глаза усатого ветерана, молодой рыцарь поведал:

– Да, наш отряд выполняет особое поручение графа Шампанского, но это совсем не то, что вы думаете, монсеньор. Мы едем в Арагон, чтобы освободить из плена одного близкого графу Шампанскому человека. И время не терпит. Если мы не успеем до начала лета, то этого человека продадут в рабство, и граф навсегда потеряет его.

– И кто же этот человек? – спросил де Бресси.

– Простите, монсеньор, но этого я вам не могу сказать. Но я даю вам честное слово христианского рыцаря, что ни к каким заговорам против короля или кого бы то ни было другого наше задание отношения не имеет, – сказал Гуго.

– Почему я должен вам верить, мессир? Не лучше ли мне действительно арестовать вас? – произнес усатый кастелян, внимательно разглядывая шампанского рыцаря.

– Поступайте так, как велит вам сердце, но, предупреждаю, рыцари графа Шампанского станут сопротивляться аресту, – проговорил де Пейн.

Повисла напряженная тишина. Кастелян Шалона некоторое время раздумывал. Трудный выбор стоял перед ним в эту минуту. Наконец, после долгой паузы де Бресси произнес:

– Что ж, я поверю вам и даже помогу. В замке есть еще пятнадцать запасных коней. Трех я оставлю себе, надо же и нам на чем-то ездить, а остальных двенадцать можете взять. Но не бесплатно, разумеется, иначе мне будет нечем заплатить плотникам за ремонт складов, попорченных людьми короля. Господь миловал нас, и склады удалось спасти. Начавшийся пожар потушили горожане. Поэтому, сударь, кое-какую провизию я смогу вам выделить.