– Вы уверены?

– Да. Я проверил это на нашем сноходце.

– Но откуда у вас уверенность, что он не притворялся, будто не может проникнуть в ваш разум?

Лорд Рал поднял бровь.

– Принимая во внимание, что с ним при этом проделывали и как долго, уверяю вас – если бы он мог проникнуть в мой разум, чтобы прекратить свои мучения, он непременно сделал бы это.

– Значит, магия, созданная вами – наше спасение!

– И да, и нет.

Она почувствовала, что надежда опять ускользает от нее.

– Что вы имеете в виду?

– Я смог создать защиту от сноходцев, и она работает превосходно. Загвоздка в том, что она работает только для меня. Как я ни старался, мне не удается воссоздать ту же способность у других. Это мое личное свойство, особенность моей природы.

У Магды оборвалось сердце.

– Значит, остальные отданы на милость сноходцев.

– Не совсем. В конце концов мне удалось создать способ защищать и других людей. Это часть вечно обостряющегося равновесного противодействия сил, о котором я уже говорил. Волшебники Древнего мира получили временное преимущество благодаря сноходцам, но я создал для них преграду – а теперь и способ, как с помощью этой преграды защитить и других. Я могу препятствовать замыслам врага.

Магда посмотрела на него с подозрением.

– Тогда в чем загвоздка?

– Высший Совет. Многие земли Д’Хары приняли предложенный мною выход, и сейчас защищены от сноходцев. Для внедрения такой же защиты здесь необходима помощь Совета. Вот почему мне нужно, чтобы вы поговорили с ними. Я уже пробовал предупредить их об опасности, в которой мы находимся, и объяснить, что предлагаемый мною выход – необходимость, но без поддержки Бараха мои слова для них пустой звук.

Магда прижала пальцы ко лбу, раздосадованная тем, что ему по-прежнему казалось, будто она может указывать Совету.

– Если они не желают слушать Лорда Рала, повелителя земель Д’Хары, они наверняка не станут слушать меня.

– Уже несколько лет Совет регулярно выслушивал ваши доводы и знает, что ваши обращения всегда вызваны важными причинами и хорошо обоснованы. Им не в диковинку слышать вас. Они нередко соглашались с вашими предложениями. А ко мне они всегда относились с подозрением и не склонны выслушивать меня непредвзято.

– Лорд Рал, жаль, что это так, но едва ли…

– Если они сейчас откажутся выслушать ваше столь важное сообщение и не сделают того, что необходимо, люди Срединных земель не смогут защитить свои разумы.

Магда помедлила, пораженная этими словами.

Они походили на слова в записке.

А теперь будь сильной, защищай свой разум…

Она задумалась, не это ли Барах имел в виду? Не пытался ли он предупредить ее о сноходцах? Но как такое может быть?

Магда похолодела от недоброго предчувствия, вспомнив шепот в своем сознании, побуждавший ее спрыгнуть со стены.

Возможно ли?

Страх затопил ее.

– Что нужно сделать, чтобы защититься? Какое «противоядие» вы создали?

– Благодаря изобретенному мной заклинанию, ставшему частью меня, захватить мой разум сноходцы не могут. Но повторю: я не могу создать такую же защиту для других. Я пробовал, но это невозможно. Зато я смог создать узы, связывающие других людей с моей защитной магией. Узы защищают их разум от проникновения сноходцев точно так же, как и мой.

– Вы уверены? Как такое вообще возможно?

– В любом человеке, даже не владеющем магией, как вы, есть искра магических способностей. Это живая искра каждому позволяет взаимодействовать с магией, даже если он сам не может ее применять. Благодаря этой частичке дара любой, кто примет меня как своего правителя, станет моим подданным и будет связан со мной. Между нами возникнут прочные узы. Между ими и мной – между мной и ими. Я становлюсь их защитой, магией против магии, а они, – он указал на двоих, наблюдавших за ними со своего поста у двери, – в свою очередь защищают меня.

Магда заморгала.

– Вы хотите сказать, что для защиты от сноходцев люди должны присягнуть вам в верности?

– И да, и нет. Связью, скрепляющей узы, служит искренняя вера в мою власть над ними, и фактически только это и требуется. Но клятва верности помогает многим сомневающимся полностью предаться мне.

– Как обычная клятва верности может создать и поддерживать связь с этой вашей способностью?

– Дело вовсе не в самой клятве. Не что иное как осознание своего нового положения, убежденность в том, что они мои подданные, а я их верховный правитель, питает связь искры их дара с моей магией. Чтобы связь с заклинанием во мне действовала, отношение должно быть искренним. Пусть это им не нравится, но им необходимо принять, что я их властелин.

– Все равно не понимаю…

– С этим всегда проблемы, но у нас нет времени, чтобы пытаться разъяснить людям все тонкости магических связей с искусственно созданными заклинаниями. – Он раздраженно махнул рукой. – Они сложны и их тяжело объяснить даже тем, кто наделен магическими способностями, даже волшебникам. К счастью, я обнаружил, что клятва помогает людям принять это, возжигает веру, создает связь.

– Клятва?

– Да. Чтобы связь возникла, на самом деле требуется только торжественное признание человеком моей власти над ним. Но повторю – клятва намного проще и почти всегда срабатывает. Действует абсолютно безотказно при наличии страха – боязни сноходцев или хотя бы боязни меня. Страх порождает потребность, потребность вызывает искренность. Искренность – необходимый элемент.