– Я не понимаю… Почему я просто не могу тебя убить? Что в тебе такого, человек, что такого, что мне больно знать, что тебя не будет на свете?

Амин удивлённо смотрел на неё.

– Валид…

– Ты такой же, как все - глупый, слабый, ничтожный. Да, ты добрее некоторых. Да, может быть, умнее. Да, покладистый. Но почему, почему..?!
– голос оборвался, и она прижалась к груди опешившего Амина, глотая слёзы.
– Я ненавижу тебя, ненавижу за то, что ты привязываешь меня к себе, уже привязал, ты, ничтожный человечишка! Ненавижу за то, что заставляешь меня чувствовать, за то, что возвращаешь сердце. Это больно, о, Создатель, мне так больно!
– и, вскинув голову, закричала - нечеловечески, негромко, но пронзительно. Отчаянно и горько, как пойманная в клетку птица.
– Я не хочу…

Амин осторожно опустил руку и погладил её по вздрагивающей спине.

Он ничего не понимал.

***

– Отвернись.

Амин, совершенно не представляющий, что делать с плачущей красавицей, послушно повернулся к стене.

Позади вспыхнуло, и тут же знакомый мальчишеский голос недовольно пробурчал:

– Но ты хоть признаёшь, что дурак?

Амин осторожно обернулся. Перед ним стоял Валид в рваной абае, переминаясь с одной босой ноги на другую.

– С какой стати?
– вырвалось у сбитого с толку юноши.

Мальчишка, вздохнув и пройдя вперёд, приглашающе оглянулся. А, когда Амин последовал за ним, принялся загибать пальцы:

– В город сегодня потащился - раз. А эта Йяла хоть и на отшибе, но своего шехзаде кто-нибудь да в лицо здесь знает. Притащил с собой невесть кого - ты хоть имя у него до того, как на корабль приволок, спросил? И откуда ты знаешь, что он не наёмный убийца?

– Но…

– Помолчи, Амин, - недовольно оглянулся мальчик.
– Серьёзно, прикинуться бедненьким и я могу - и ещё качественней получится. Ты ему в душу не заглядывал.

– Знаешь, Валид, я всё равно не верю, что он наёмник, - фыркнул Амин.

– Потому что ты дурак, - отозвался мальчишка.
– И в довершении ты принялся спорить с умным мной и потом снова отправился в город.

– За тобой!

– Неважно, - отмахнулся Валид.
– Учись признавать свои ошибки, пока я рядом, о, ничтожный неуч.

Амин с трудом сдержал смешок.

– По-твоему, танцевать в чайхане было умнее?

Мальчик нахмурился, глянул на небо, на ползущую колесницу Вадда и неожиданно выдал:

– Они меня хотели. Все. Они жаждали хотя бы коснуться. Почему ты не хочешь?

– Глупыш, - улыбнулся юноша, потрепав тёмные кудри мальчика.

Валид вскинул на него обиженный взгляд и надул губы.

Какое-то время они молчали, потом мальчик, не выдержав, толкнул Амина локтём и буркнул:

– Ладно, пусть остаётся твой заморыш. Погорячился я - из него убийца сейчас и впрямь… Но ошейник с него не снимай!

– Почему?
– опешил Амин.
– Ты же всегда…

– Потому, - отрезал Валид.
– Снимешь - улеч… уйду!

И, вскинув подбородок, отвернулся. Больше до самого корабля они не разговаривали.

***

В каюте стояла тишина. Валид, сидя на кровати, мрачно поедал заботливо купленный Амином заранее лукум. Причем вид у мальчишки был такой, точно он тщательно искал в каждом кусочке яд, находил и травился назло всему миру.

В противоположном углу, согнувшись в три погибели и по-прежнему стоя на коленях, прижимался лбом к полу мальчик-раб.

Амин, оценив картину, тяжело вздохнул и аккуратно поставил тяжёлый поднос с едой на низенький столик.

– Сегодня к полудню отправляемся - капитан предупредил, - попытался нарушить тишину юноша.
– Никому нам в городе больше не нужно?

Валид бросил на него презрительный взгляд и снова уткнулся в маленькое окошечко, методично отправляя в рот сладости.

Насим не пошевелился.

– Ну… э-э-э… вот и славно, - выдавил Амин.

Ответом ему снова была тишина.

– Кто-нибудь составит мне компанию?
– кивая на поднос, попробовал ещё раз Амин.

Валид обернулся и красноречиво кинул в рот лукумину, показывая, что все ваши шахры-бахры-кебабы - такая дрянь…

Амин хмыкнул и, найдя самого голодного в каюте, направился прямиком к нему.

– Насим?

– Да, хозяин?
– не поднимая головы, выдохнул мальчик.

Валида передёрнуло, и он запихнул в рот сразу горсть лукума. А потом с наслаждением вытер липкие пальцы о чистое покрывало.

– Тебе… м-м-м… удобно?
– осторожно поинтересовался Амин.

– Хозяин?
– макушка Насима выражала полное непонимание.

– Вставай, - вздохнул юноша.
– И иди поешь.

Мальчик, наконец, поднял голову, глянул непонимающе на Амина, на поднос, снова на Амина. И пополз на коленях к столику.