Молодым волкам не дозволяется перебивать вожаков, но я уже не боялась.

— Я могу доказать, что Милсиндра не права, — сказала я.

Пирра, которая объясняла Тревеггу, что отметина на моей груди — еще один признак дрельшика, замолчала и яростно уставилась на меня.

— Уже слишком поздно! — рыкнула она.

Прежде чем я успела продолжить, вмешался Пелл:

— Учтите, стая Скалистой Вершины не примет предложение Милсиндры. И мы поддержим волков Быстрой Реки, если они предпочтут сражаться. Мы поможем им защищать свои земли. А у волчицы Каалы будет еда — для людей и для стаи.

Он поклонился Рууко и Риссе, быстро взглянул в мою сторону, развернулся хвостом к другим волкам и зарысил прочь.

Волки Озера и Древесной Тропы смущенно замялись, и я ощутила запах неуверенности. Стаи Скалистой Вершины и Быстрой Реки так давно соперничали, что, наверное, никому и в голову не пришло, что мы способны драться вместе. С ними не так-то легко было бы отнять наши земли или нашу дичь.

Соннен первым нарушил молчание:

— Я уважаю тебя, Рууко, и всегда уважал. Ты говоришь то, что думаешь, и делаешь то, что считаешь правильным. Я потяну время еще четверть луны, скажу Милсиндре, что сначала нужно найти логово для щенков. Я подожду с решением — в память о том, что случилось на равнине Высокой Травы. Тем временем советую вам подумать над предложением Милсиндры. Я очень не хочу с тобой враждовать.

Он кивнул спутнице и другому волку и увел их с прогалины. Пирра и Веллн, ни на кого не глядя, вернулись к сородичам и зашагали прочь.

Мы молчали, пока не зашли в глубь своих земель. Рууко и Рисса поднялись на вершину обдуваемого ветром холма. Нас, стоявших в лунном свете, было хорошо видно, но, с другой стороны, мы бы и сами заметили готовящееся нападение. Вожаки, видимо, не на шутку беспокоились, если настолько боялись атаки. Я вспомнила, что Рууко и Рисса в основном молчали на сборе стай.

И Тревегг тоже вспомнил.

— Не соглашайтесь, — обратился он к вожакам, как только они остановились. — Не важно, что пообещали Милсиндра и Кивдру. Им нельзя доверять.

Рууко окинул взглядом равнину, а Рисса — земли, принадлежавшие стае Быстрой Реки. Тревегг перевел взгляд с одного вожака на другого.

— Неужели вы еще раздумываете?

— Мы вынуждены раздумывать! — ответил Рууко. — Если оставить дела как есть, мы вряд ли выживем. Если другие стаи бросят нам вызов, придется тратить все силы на защиту границ. Мы не сумеем прокормиться.

— И уж тем более прокормить людей, — добавила Веррна. Я вспомнила, как неохотно она отдала людям добычу. — Советую принять предложение Милсиндры. Мы будем сыты, и больше не придется знаться с людьми.

«Как будто раньше мы не знали бед», — подумала я.

— Я могу добыть достаточно еды, — сказала я. — С помощью людей.

Я рассказала сородичам о предложении Торелла, о том, что, по убеждению Скалистого, Милсиндра и ее сторонники что-то прятали, и если мы найдем тайник, она утратит власть. Я ни словом не обмолвилась, что Торелл собирался восстать против верховных, потому что пообещала молчать. Рууко задумался.

— Мы не знаем, дрельшик ты или нет, Каала, — напомнил он. — Я всегда сомневался, что Франдра и Яндру были правы, сохранив тебе жизнь. Если я защищал дрельшика, мне придется за это ответить. Если из-за того, что тебя оставили в живых, пропали Борлла и тот щенок из стаи Озера Ветров, я должен буду ответить. Если Яндру и Франдра ошибаются, погибнет не только Быстрая Река.

— Борлла ушла сама, — сказала я, раздосадованная тем, что Рууко вспомнил о ней. Она исчезла уже давно.

— Не отказывайся так легко от ответственности, — упрекнула Рисса. — Если однажды ты надеешься стать вожаком, то учти: твой долг — заботиться о тех, кого ты ведешь. И я против союза со Скалистыми.

Казалось, она была не прочь обдумать предложение Милсиндры. Не понимая, отчего поведение Борллы лежит на моей совести, я открыла рот, чтобы возразить, но Тревегг толкнул меня бедром.

— А если Соннен и Пирра ошиблись и Милсиндра не сумеет победить Зориндру? — спросил он.

— Да, риск есть, — согласилась Рисса. — Но Зориндру не убьет нас, если одержит верх. В отличие от Милсиндры.

— Значит, Милсиндра побеждает потому, что безжалостна? — недоверчиво переспросила Марра. — Вы поддерживаете ее, потому что она в отличие от Зориндру не держит данное слово?

— Тише, волчица, — рыкнул Рууко. — Ты не понимаешь, насколько сложно то, с чем мы столкнулись…

— А вот и понимаю, — возразила Марра. — Я понимаю, что вы готовы следовать за тем волком, который вас запугивает, а не за тем, кто прав.