Когда дверь позади меня закрылась, я повернулась посмотреть на Джейсона. Его хмурый взгляд был направлен прямо на меня.
– Кто такой Логан?

Я прикрыла рот, чтобы заглушить смех, который не могла сдержать, и покачала головой.

Хмурый взгляд Джейсона дрогнул. Он не мог понять, почему я считала это смешным, от чего мне хотелось смеяться еще больше.

– Логан, Джесс. Кто такой Логан?
– повторил он.

Мне удалось взять контроль над своим смехом и вытереть слезы из глаз.
– Он - богатый парень Рори Гилмор, - мне удалось вымолвить с другим смешком.

– Рори кого?

– Гилмор. Моя мама считает, что все жизненные проблемы могут быть решены через Девочек Гилмор, - сказала я, и на его лице все еще было озадаченное выражение.
– Ты же знаешь, кто такие Девочки Гилмор, не так ли?

Он покачал головой.

– Телевизионное шоу. Оно длится семь сезонов, - объяснила я.

Джейсон посмотрел на дверь квартиры, в которую только что зашла мама.
– Я так растерялся.

Я снова засмеялась и поцеловала его в губы.

ДЖЕЙСОН

Джесс стояла в моей спальне в пляжном доме Джакса, выглядывая в окно и улыбаясь. Я вошел в комнату и обнял ее. Она любила меня и доверяла мне всю заботу о ней. Я последовал ее взгляду и увидел ее мать, лежащую в бассейне в откровенном бикини.

– Она может наслаждаться собой слишком много, - сказала Джесс с явным задором в голосе.

– Теперь я вижу, откуда у тебя такие восхитительные гены, - ответил я, и небольшой локоть толкнул меня в живот.
– Оу, - смеясь, сказал я.

– Только не иди проверять мою маму. Я знаю, что она все еще отлично выглядит в бикини, - сказала она.

– Она - жаркая штучка для своего возраста. Это все, что я скажу. У тебя, безусловно, более крутое тело, - заверил я ее, повернув ее в своих руках.
– И я, кажется, не могу перестать прикасаться к нему.

Джесс посмотрела на меня вверх сквозь свои ресницы.
– Ты держал меня. Не прикасался, - сказала она.

Она продолжала смотреть на меня с сексуально надутыми губами, затем высунула язык и облизала им свою нижнюю губу.
– Сядь, Джейсон, - сказала она и толкнула меня назад, пока задняя часть моих ног не ударилась об стул позади меня.

– Включи свою музыку, - сказала она, протягивая мне мой iPhone.

– Что ты делаешь?
– удалось спросить мне, когда она наклонилась вперед и пробежала руками по моим бедрам.

– Включи музыку. Что-нибудь посексуальнее, - сказала она, встав так, что ее декольте оказалось у меня под носом.

Я не мог отвести от нее глаз. Боялся, что что-нибудь пропущу. Я посмотрел вниз, пока не нашел Нелли и не нажал "Hot in Herre", затем послал песню на колонки в своей комнате, прежде чем отбросить телефон.

Джесс злобно улыбнулась моему выбору песни и начала двигать бедрами способами, которые должны быть незаконными, и медленно начала снимать с себя одежду. Я хотел помочь и быстро ее раздеть, но ее глаза оставались сосредоточенными на мне, пока она танцевала, сделав для меня сложным испытанием выполнить какое-нибудь движение. Я был заворожен. Ничего никогда не было столь сексуальным. Никогда.

Я мог слышать, как задыхаюсь, когда каждая часть ее одежды падала на пол. Когда она вышла из своих трусиков, я начал тянуться к ней, но она подняла руку и покачала пальцем.
– Нет, нет, - сказала она и пинком открыла мои ноги. Она продвинулась между ними, схватила спинку стула и начала дарить мне приватный танец.

– Тебе можно прикасаться, - прошептала она в мое ухо, когда ее твердые соски коснулись моего подбородка.

– Это делает меня особенным?
– спросил я, подыгрывая ей.

– Очень, очень особенным, - сказала она, целуя меня в губы.

– Хорошо, потому что я не думаю, что смогу продержаться всю песню, - сказал я ей.

– Тогда не надо, - сказала она, улыбнувшись мне и прикусив нижнюю губу.

Я потянулся и схватил ее лицо своими ладонями.
– Дай мне эту губу, - сказал я, затащив ее в свой рот и наслаждаясь ее полнотой, прежде чем ее попробовать. Она опустилась на колени и сдалась над всеми притязаниями танца, когда обвила руки вокруг моей шеи.

Я никогда не ожидал, что влюблюсь, но я и никогда не представлял себе такую, как Джесс. Она была одним красивым противоречием. Идея о том, что кто-то завладеет моим сердцем, была недопустимой. Это звучало слабо и глупо. Что-то, что предназначалось лишь для слов песни. Я был неправ. Когда теперь я думал о своем будущем, я мог видеть только Джесс. И это все, что было нужно. О большем я не мог и просить.