— Да вы!.. — задохнулся от ярости бывший ефрейтор.

Но Миронов прервал его:

— Не пытайтесь воспользоваться оружием! Поляна окружена, и малейшее ваше агрессивное действие будет воспринято, как повод для открытия огня. Вы готовы умереть?

— Вы не имеете права! — прошипел, сникая, Пфайфель. — Это наша земля!

Евгению вдаваться с ним в дискуссии не хотелось. Он поднял автомат, направляя его на штурмовиков.

— Вот мое право! Оружие на землю!

После некоторого замешательства один из парней спустил ремень с плеча и бросил свою винтовку. За ним последовали остальные.

— Теперь вы! — скомандовал Миронов, указывая стволом на Пфайфеля.

Тот повиновался, медленно расстегнул кобуру и, достав свой вальтер, уронил его к ногам.

И тут всех, себя в том числе, удивил герр Штробель, пожилой комендант Нойдорфа, который никогда не воевал, потому что к концу Второй мировой войны был всего лишь пятиклассником. Он неожиданно отпрыгнул в сторону, выхватил пистолет и, мгновенно передернув затвор, выпалил в сторону незнакомца с автоматом.

Не ожидавший ничего подобного от этого старикашки Евгений все же успел присесть, и пуля прошла над его головой. Тут уже и он не сдержался, дал очередь из автомата над шеренгой штурмовиков. Те мгновенно попадали на землю. Упал и сам комендант, выронив пистолет и зажмурившись. В полной уверенности, что его убили.

— Всем лежать! — страшным голосом заорал Миронов. Он был сильно разозлен своим просчетом действий этого штатского дурака, а также и тем, что его вынудили стрелять.

Но вот дальше началось что-то совсем невообразимое. Лес, окружавший поляну, вдруг озарился вспышками выстрелов. Огонь велся со всех сторон и был совершенно беспорядочным и неприцельным. Это подошедшие одновременно банда Анхеля и группа капитана Митчелла, вообразив невесть что, стали разряжать магазины своих автоматов.

Миронову пришлось внести свою лепту в этот хаос, в то время как его парни, разрезав веревки, подхватили пленных и, пригибаясь, потащили по тропинке, ведущей к дороге.

Евгений, как и все, не понимал, какого черта здесь происходит? Но в задачу его группы не входило боестолкновение с кем бы то ни было. Она заключалась в освобождении пленных американских актеров и доставке их на «Глорию». Поэтому и действовали бойцы соответственно. Пока командир поддерживал неразбериху, царившую вокруг, Монастырев взвалил на плечо лишившуюся чувств Мегг Баркли, Шишов со Штефырцей, схватили под руки еще способного передвигать ноги Руфуса Трули, и все очень быстро скрылись в джунглях.

Миронов отступил последним, успев заметить, что кое-кто из штурмовиков потянулся к валявшимся винтовкам, намериваясь, видимо, вступить в перестрелку. Ну, это их выбор. Вон, в мужчины собрались, обряд хотели пройти. Пусть и поступают, как настоящие мужчины!

Теперь главное было убежать как можно дальше, пока на поляне и вокруг нее разворачивался настоящий бой. И они бежали изо всех сил. Руфуса, у которого окончательно подломились ноги, Леня и Мишка уже просто волочили на себе, а иногда и за собой. Мегги в себя не приходила и болталась на могучем плече Портоса как мешок с соломой. Стрельба позади них то затихала, то вновь яростно разгоралась. Бойцы бежали и ломали голову над тем, что же там в действительности произошло? Кто стрелял в джунглях?

Внезапно впереди послышалось гудение нескольких автомобильных моторов и стали видны огни фар. На большой скорости приближались машины. Вероятно, это была подмога из Нойдорфа. Бюргеры, веселившиеся в подвале ратуши, услышали стрельбу и бросились выручать своих сыновей.

Группа Миронова спряталась в кустах. Три пикапа и грузовик, под завязку набитые вооруженными людьми, с ревом пронеслись мимо. Евгений почувствовал сожаление. В его планах был пунктик, предусматривавший угон какого-нибудь транспортного средства, чтобы можно было быстрее добраться до «Глории». А теперь, похоже, в деревне остался только какой-нибудь трактор. Или мотоблок.

Но нет! Пять минут спустя, когда группа уже вернулась на дорогу и продолжила путь, вдали мелькнули фары еще одной машины. Пришлось снова прятаться.

Этот пикап ехал медленнее и не так уверенно. Миронов почувствовал, что у них появился шанс. Для объяснения парням ситуации хватило двух фраз. И вот уже Штефырца не торопясь выходит на середину проселка, а Портос изготовился к прыжку.

Водитель старенького автомобиля, завидев на пути человека, действительно затормозил. Был он пьян, и в кузове у него сидел всего один человек в таком же состоянии. Видимо, подхватились последними, но решили не отставать от товарищей.

Пришлось отстать. Связанные и бесчувственные тела уложили на обочине. Будут деревенские возвращаться — подберут. Сами же, погрузив освобожденных пленников в кузов, двинулись к Нойдорфу, не особенно разгоняясь.

Теперь, когда практически все боеспособное население деревни находилось в джунглях, проникнуть внутрь было просто. А не заезжать в колонию не получалось. Во-первых, единственная дорога, ведущая к свободе, проходила через нее, а во-вторых… Имелись у Евгения секретные сведения, полученные от Михеля, и он собирался ими воспользоваться.