Скороспелая религия или даже мусульманин, который молится по пять раз в день, не поможет.

Религия должна стать чем-то вроде биения сердца.

Медитация должна стать чем-то вроде биения сердца. Что бы вы ни делали, вы дышите - это не отдельное действие. И только тогда вы наполнены медитативностью в каждой клетке вашего существа.

Знать о том, что ум пуст, значит видеть Будду. У Будд Десяти Направлений нет ума. Видеть не-ум значит видеть Будду.

Теперь вы можете понять, почему я настаиваю на том, что ученик делал записи неправильно. Это правильное утверждение Бодхидхармы. У будд есть не-ум. Видеть не-ум значит видеть Будду.

Но очень странно, что эти сутры существовали тысячу лет, и никто не видел противоречий. Возможно, религиозные люди настолько слепы, они так истово верят, что не увидят никакого противоречия, даже если оно есть, а ведь оно так очевидно.

Сдаться без сожаления– вот величайшее милосердие.

Но индийская конституция не поверит в это. Индийская конституция верит в милосердие согласно христианской идее. Это очень странная конституция. Это мешанина.

На хинди мы называем это кичри, ерундой. То, что сделали создатели конституции... они собрали все конституции мира, взяли из каждой конституции прекрасные отрывки, не зная о том, что эти прекрасные отрывки были актуальны в определенном контексте, в их конституции. Когда вы вынимаете их со своего места, они умирают.

Индийская конституция - это самая мертвая конституция в мире, потому что все в ней взято и заимствовано у других людей. Это не рост, а просто комбинация. Возьмите что-нибудь хорошее... у кого-то хорошие глаза - возьмите их, у кого-то по-настоящему красивые уши - возьмите их, у кого-то прелестные усы - выдерните их. Вы можете сделать человека, отбирая отовсюду красивые вещи - глаза Клеопатры, нос Амрапали, тело Александра Македонского, а ум Альберт Эйнштейна. Но запомните, несмотря на то, вы взяли все лучшие части от лучших людей, вы собрали труп, в котором не будет жизни.

То, что Бодхидхарма говорит о милосердии... Мы боремся с индийским правительством и индийскими судами почти десять лет, утверждая, что их понимание милосердия очень бедно, их понимание очень ограничено. Давать бедным, строить больницы и школы... вот их милосердие. В их понимании милосердия нет ничего возвышенного.

Единственное утверждение Бодхидхармы гораздо более значительное. Он говорит: «Сдаться без сожаления– вот величайшее милосердие».

Сдаться кому-то? Вселенной.

Не будьте отделенным существом. Просто упадите в океан существования и объединитесь с ним. Это и есть величайшее милосердие. Что еще вы можете дать? Вы приходите в мир с пустыми руками, и вы уйдете из мира с пустыми руками.

Все, что есть у вас, не принадлежит вам. Ваш дом - это ничто иное, как временное пристанище. Ваши деньги не принадлежат вам, вы эксплуатировали за них. Ваша земля не принадлежит вам, она была до вашего прихода, и она останется, когда вы уйдете.

Что же ваше? Вы можете дать только то, что принадлежит вам, и вы не можете дать то, что не принадлежит вас. Вы не можете отдать бедным все звезды, вы не можете отдать бедным солнце, вы не можете отдать бедным луну. Прежде всего, это не принадлежит вам.

Вы можете отдать только свое существо. Поэтому Бодхидхарма абсолютно прав в том, что есть только одно милосердие, то есть отдавать себя существованию, не с сожалением, а с большой радостью и весельем. Станьте частью целого.

Превзойти движение и неподвижность– вот высочайшая медитация.

Сидите ли вы безмолвно или безмолвно идете - вам нужно превосходить всякую форму, движение и неподвижность, день и ночь, жизнь и смерть. Выйдите за все пределы, и в вас появится высочайшее благоухание медитации.

Смертные все время движутся (здесь Бодхидхарма снова проявляет свое предубеждение), а архаты неподвижно стоят. Но высочайшая медитация превосходит и смертных и архат.

Бодхидхарма ничего не знает об архатах. Архаты ничего не говорят, но они тоже превзошли движение и неподвижность. Если они ничего не говорят, это не значит, что они не превзошли это. На самом деле, их трансцендентность так велика, что ее нельзя выразить словами. Я не соглашусь с Бодхидхармой. Он должен простить меня. Со всей деликатностью я хочу сказать ему, что он ничего не понимает в архатах. Ему нужно вместо слова «архата» называть слово «аскетик».

Смертным и аскетикам не известна эта трансцендентность.

Люди, достигающие такого понимания, освобождаются от всего видимого без усилий, они излечивают свои болезни без лекарств. Такова сила великого дзен.

Такова сила великой медитации. Такова сила самопознания. Все болезни исчезают; недуги духа и все раны неожиданно излечиваются - это раны духа. И уже нет всего видимого, иллюзий, жадности и гнева, от них не остается и следа. Такова сила самопознания в глубокой медитации.