— Так, Хлоя, выкладывай, что у тебя произошло. — мгновенно посерьезнел мужчина и перешёл на «ты».

— Ничего, просто… — и тут меня прорвало. В смысле, я вывалила на ни в чём не повинного Дэвида всё: Стефана, Эрика, Сабира, свою работу и прочее, прочее, прочее… Впрочем, так и планировала, чтобы он представлял, что я от него хочу и во что он может попасть. Я так и планировала, только не так эмоционально.

— В общем, Стефан был прав, когда опирался на то, что у меня мало времени. Это действительно так, все бюрократические проволочки сжирают его мгновенно. Так же он прав, когда он делал упор на разницу законадательства между различными странами и планетами. И во многом другом… Как и в том, что, скорее всего, мне придется вновь к нему обратиться, ведь мало кто пойдет против такой влиятельной персоны… Разве что равный. — тихо окончила свою речь я, уже жалея, что решила обратиться к этому человеку, уже не веря, что он захочет помочь. Вряд ли, ему это выгодно и нужно…

— Хорошо. Я согласен. — неожиданно ответил Джеймс. — Я стану твоим мужем, Хлоя, но с условием. Я хочу познакомиться с Сабиром, как можно, ближе. Он должен быть кем-то по-настоящему необыкновенным, раз ради него ты пошла на всё это…

— Да. — кивнула я. — Он, в самом деле, самый лучший, по крайней мере, для меня. Спасибо…

Через несколько дней я стала госпожой МакНари, ещё через несколько дней мы с Дэвидом летели на планету Сабира, ещё через несколько дней ехали в лагерь для адаптации, потом несколько недель была сверка документов и последующие проверки. Наконец, все документы были оформлены и мне разрешили забрать уже моего сына!

Я навсегда запомню тот день. Мы с Дэвидом стояли на проходной, куда нам должны были привести мальчика. Я очень волновалась, даже боялась, ведь вся бюрократия требовала моего постоянного присутствия, поэтому я не могла встретиться с Сабиром раньше. Это физически было невозможно.

И сейчас я вглядывалась в пустой коридор, а сердце устраивало бешенные скачки.

— Успокойся. Всё будет хорошо. — ласково проговорил Дэвид и положил свои руки мне на плечи, поддерживая, а я ему лишь благодарно улыбнулась.

— Идут! — выдохнула я и рванула вперед.

— Хлоя! — раздался детский радостный крик. — Хлоя! — и маленький ураганчик метнулся ко мне.

— Хлоя, ты пришла… — как заведенный повторял мальчонка, прижимаясь, обнимая мои ноги.

— Ну, я же обещала. — улыбалась я и гладила Сабира по голове. В какой-то момент плечики малыша нервно задергались, а я сползла вниз на колени, чтобы, как следует, его обнять…

— Давайте, мне его вещи. — обратился Дэвид к сопровождающему, явно понимая, что мы с Сабиром в данный момент для внешнего мира не доступны.

А дальше два года полетели, полетели, полетели и пролетели с какой-то, прямо скажем, ужасающей скоростей. Хотя, скорее всего, скорость была нормальной, а вот количество событий и их интенсивность…

Итак, если составить их перечень, то это выглядит примерно так:

1) Общение с сыном и его воспитание.

Мы много времени проводили вместе… Ну, сравнительно много. Просто тут два момента: один из которых моя работа, а второй учёба мальчика. Он очень много пропустил, упустил, пока на его родине велись боевые действия, а потом находясь в лагерях для беженцев. Его вины в этом нет, но исправлять этот факт приходилось нам всем вместе. Когда мне специально обученные люди составили план его индивидуальных занятий, для того чтобы он мог пойти в обыкновенную школу с детьми своего возраста, я пришла в тихий ужас! А Сабиру вроде ничего… Нет, трудно, конечно, но он очень старался и не унывал, а я им очень гордилась.

2) Работа.

Её было колоссальное количество. В один момент я оказалась безумно востребованной. И проекты были такими интересными… Причем, востребованной и для активки, и для нормы(Слово Августа прижилось)… Особенно, когда я отказалась от уже ненужного псевдонима «Камилла Джеймс». Хорошо, что я была на вольных хлебах, не примкнула ни к одному штату(хотя предлагали) и имела полное право выбирать и даже перебирать!

3) Преподавательская деятельность. Тоже в двух аспектах. Первый: я вновь начала заниматься с детьми из детского дома, где раньше работал папа. Правда, всего несколько часов в один единственный выходной, но зато прихватив сына. Так сказать, чтобы и своему ремеслу научить и дать с детским коллективом пообщаться, а то с его индивидуальной программой…

Второй аспект, если честно, был несколько необычным. Я, в связи с усложнением работы с изобретением Вольн, стала вести курс лекций и практику по «активке» в своей родной Академии Искусств. С подачи Дарины и по её просьбе. Но не очень много, всего четыре часа в неделю и всего у одного курса. Это явление подразумевалось, как временное, но судя по всему имело шанс стать постоянным и расшириться в своих объёмах. Но не сейчас, так как объяснить, практически на пальцах весьма затруднительно… М-да, отсюда вытекает следующий момент. Написание учебников, методичек и прочего! Правда, писала не совсем я. Я просто рассказывала, как училась сама, какие наблюдения сделала, какую технологию использования оборудования придумала лично для себя… Все мои рассуждения записывали диктофоны, они же переводили данные излияния в текст, а уже дальше с этой информацией работали профессионалы. Они шлифовали, разбивали, строили теории, иногда связывались со мной и уточняли некоторые вопросы и белые пятна, которые выползали из самых неожиданных мест…

4) Сотрудничество с Дариной. Было, есть и будет… По крайней мере, я на это надеюсь.

5) Изображение счастливой семьи для комитета по опеки и предоставление ежемесячных отчетов. Ну, это всегда было испытанием… Но нет худа без добра, чтобы провести всех этих бюрократов мы все: я, Сабир, Дэвид — сотрудничали, узнавали друг друга с разных сторон… А уж чего наши совместные походы стоят в музеи, кино, парки, а еще пикники, катания на флайбордах… Всего и не перечислить! Но это всегда было интересно, занимательно, забавно, увлекательно и даже смешно. А ещё без сомнения оставляло теплое, приятное послевкусие. И самое главное приятные впечатления были не только у меня! Сабир, к примеру, был просто счастлив, а Дэвид… Насчет, Дэвида точно не знаю, но выглядел он весьма и весьма довольным. Более того, он ждал этих наших забегов!