Я, а точнее Эльвира, развернулась и ушла, а Эрик зло на нее смотрел. Чёрт, козёл чёртов. Ненавижу. Помогал издеваться надо мной, а сейчас его совесть замучила. Ублюдок. Я обещала не менять мнение, но это невозможно. От досады хотелось плакать. Внезапно перед глазами опять был гроб, а значит, я вернулась в настоящее.

Я отдернула руку от гроба, отступила на два шага назад и услышала знакомый голос:

– Эли, что с тобой?

– Не подходи ко мне! Ты все, зараза, знал. С начала до конца! Что, совесть замучила?!

Я развернулась к нему лицом и накричала. Нервы мои окончательно сдали. Слишком много боли, досады, злобы, для меня это слишком много эмоций. Я смотрела ему в глаза, даже не опасаясь, что увижу его прошлое, я видела достаточно. Также я увидела, как его лицо белеет от понимания моих слов. Чёрт. Так это всё – правда. В душе я надеялась, что это окажется шуткой, но нет, это не так. Чёрт.

– Ты вспомнила?

Осторожно спросил он.

– Да. Да, черт возьми, я вспомнила.

– Всё?

А всё ли я вспомнила? Скорее всего, нет, но я вспомнила достаточно.

– Достаточно, чтобы сделать выводы.

– Поспешные…

Договорить он не смог, так как сзади поднялся сильный ветер, я резко развернулась и увидела, что гроб пропал, а на его месте стоит Эльвира. Кажется, теперь побелела я.

– Ух ты, а это шикарное чувство. Жить. Теперь меня хоть все видят.

Мой рот открывался и закрывался, как у рыбы. Я никак не могла вымолвить ни слова, зато придурь смог.

– Как?! Что произошло?

– Всё достаточно просто, если бы она не дотронулась до гробика и не вспомнила, то все бы было как обычно. Осталось подождать всего год до ее семнадцатилетия.

Что? Что она такое несет.

– О чем ты? И что тогда между нами произошло?

– А ты не знаешь? Не вспомнила? Ты имела всё, буквально всё. Внимание, новые игрушки, знакомых, а я нет. Ты имела силу, которая должна была пропасть в двенадцать лет, а я имела, прости, имею стихию воздуха, но меня никто не замечал. Ты всегда была на первом месте, причем у всех и вся. Это меня бесило, раздражало, и с каждым годом я ненавидела тебя всё сильнее и сильнее. Вот так всё просто и банально.

– Но ведь это не правда! Ты чушь городишь!

– Нет, спроси хоть у святоши.

Святоши? Эрика, что ли?

– Я не святоша.

– Конечно, конечно. Знаешь, у меня не получилось сделать это шесть лет назад, а сейчас…

Она не договорила, но я видела, как он взмахнула рукой, и в меня полетели стрелы, которые висели на стенах. Чёрт. Умирать я не хотела. Мне хотелось пожить еще. Надо было бежать, спасаться, но ноги будто приросли к полу. В одну секунду меня кто-то отбросил в сторону, а дольше всё происходило, как в замедленной съёмке. Я повернула голову и увидела лежащего на полу Мишу. Этого не должно было случиться, только не снова. Перед глазами встал случай с ножом, в глазах стояли слёзы. Черт. Он не должен был умереть. Это я. Я должна была и тогда, и сейчас. Чёрт. Чёрт. Нет, пожалуйста, нет, умоляю, Миш. Пусть это будет сон. Кошмар. Я проснусь, и все закончится, прошу. Умоляю. Господи, пожалуйста. Убей лучше меня, а не его. Он не должен умереть из-за меня. Не должен.

В глазах были слёзы, они катились по щекам. Не понимая, что делаю, поднимаю руку, вместе с рукой поднимается воздух и стрелы. Я взмахнула рукой, и они полетели в сестру, хотя какая она мне сестра?! Они почти достигли её, как время замедлилось, и сквозь слёзы я увидела сегодняшнего парня. Он остановил время, и я поняла, кого видела в воспоминаниях. Это было последнее, что увидела, перед тем как потеряла сознание.

Эпилог

Открываю глаза и вижу белый потолок. Осознание того, что произошло, пришло ко мне почти сразу. Я резко села на кровати, глаза начали щипать от слёз. Они потекли. Горькие, горячие слёзы. Я вспомнила и прошлое, я вспомнила Мишу в крови на полу. Вспомнила стрелы, летящие в меня.

– Ты очнулась.

Старик, я не обратила на него никакого внимания, просто сидела и плакала, даже не плакала, а рыдала. Мне нужна была поддержка, неважно чья, просто поддержка. Объятия и осознание того, что все будет хорошо, но ничего уже не будет хорошо, ничего уже не будет как раньше.

– Эли, успокойся.

– К-к-ка-а-к я мо-мо-гу успокоиться? – заикаясь, произнесла я.

– Это сложно, я понимаю, но выслушай меня. В том, что произошло, нет твоей вины.

– А чья есть? Это я должна была умереть, я! А не Миша. Чёрт. Чёрт. Чёрт.

– Во всем есть плюсы. И в этой ситуации тоже. Академия снова работает. Здесь много детей. Они приехали, чтобы после лета начать учиться.

Сколько же я проспала?!

– А сколько я была в отключке?

– Сейчас конец августа…

Он сказал это очень тихо, но я услышала. Конец августа… как на это реагировать? Я понятия не имею.

– Я хочу на воздух, но сначала приму душ.

Не дождавшись ответа, я прошла в ванную. Разделась. Зашла в кабину и включила воду. Больше не было той эйфории от принятия душа, от воды на коже. Мне было плевать. Наверное, я умерла вместе с Мишой, в том холле. Быстро приняв душ, вытершись и одев халат, я вышла. Достала одежду и оделась. Даже не боясь, что кто-нибудь зайдет. Высушив волосы и расчесавшись, я вышла из комнаты. Коридор изменился, теперь на стенах весели картины, и было светло. Я слышала смех детей, бегающих по этажам. Дойдя до двора, я сразу же увидела его. Даже не знаю, что я чувствовала сильнее боль, неприязнь или ненависть… а ненависть ли это? Я не знаю. Я уже ничего не знаю. Рядом с ним стояли Макс и Софи. Внезапно Софи повернула голову, радостно улыбнулась и побежала ко мне, запрыгивая на шею.