От гнева односельчан его спасало только звание ученика колдуна, хотя, судя по внешнему виду, вряд ли парня можно было избить сильнее, чем это сделали непрекращающиеся падения. Синяки и кровоподтеки густо украшали открытые участки тела. Сонька подошла к нему поближе и сказала:

– Если не сознаешься в наведении порчи на Антокса, будет еще хуже.

– Я лучше умру, – процедил сквозь зубы Генокс.

– Умереть в твоем случае действительно лучше, но наш колдун, в отличие от тебя, не убийца. Так что советую перед принятием решения поинтересоваться у Берила, как действует заклинание «треснутого зеркала» против «черной печати неудачника».

Принцесса гордо развернулась и оставила собеседника наедине с собственными размышлениями и возмущенной толпой.

– А что особенного в «треснутом зеркале»? – полюбопытствовал я.

– В общем-то ничего. Просто все несчастия, отраженные от Антокса, будут повторяться многократно и с нарастающим эффектом. Например, ты шел по улице и споткнулся – пустяк, но он разбивает зеркало на две части. Через некоторое время нога снова цепляется за землю, это приводит к падению и к появлению еще одной отражающей поверхности. При следующей встрече с землей ты обязательно попадаешь под ноги прохожего, который несет горячий чай или что-то в этом роде, и ко всем предыдущим неприятностям добавится ожог. Дальше – все больше и больше. И так – по каждому виду несчастного случая. При этом смерть исключается самим заклинанием, как бы этого ни хотела жертва.

– Суровое наказание.

– Зато оно напрочь отбивает охоту наводить на людей порчу.

В это время появился пропавший было Антокс и сообщил неприятные известия. Борикс действительно положил глаз на Соньку и ограничиваться только этим не пожелал. Возможные препятствия на своем пути он решил устранить незамедлительно и чужими руками. В том, что Берил победит молодого Эльруина, у главы селения нет ни малейших сомнений. А в поединке на деревянных мечах будет участвовать Длирокс, славящийся самыми грязными приемами ведения боя в сочетании их с хитростью и коварством. Молодой кочевник говорил с возбуждением:

– Если Длирокс завоет от боли, упадет или начнет хромать – не нужно обращать внимание. Любое проявление человеческого отношения к нему сразу обернется коварным ударом. Борикс так и сказал сейчас твоему противнику: «Чем меньше целых костей останется у нашего гостя, тем радостнее будет у меня на душе. И совершенно не важно, каким способом ты достигнешь желаемого».

– Неужели в племени не нашлось ни одного воина, который смог проучить негодяя? – поинтере-совался я.

– Десять дней назад против Длирокса вышел Лерокс из семейства Безоблачного неба. Он разделал мерзавца под орех. Бой обсуждался в стане два дня, а на третий герой просто исчез. И что самое странное – перед исчезновением Лерокса видели уходящим из селения в сопровождении князя.

– Интересный у вас владыка.

– Однажды я слышал, как, обсуждая его, Берил сказал: «Природа отдыхает на детях гениев». Отец Борикса был действительно великим правителем, но он слишком много думал о своих подданных и совершенно забыл о единственном сыне.

– А у вашего князя есть дети?

– У него восемь жен, но ни одного ребенка.

– Неужели ему все мало? По мне, так и одной вполне достаточно.

Юный кочевник в ответ лишь пожал плечами.

Разминку перед поединком мы провели с Антоксом в гостевом шатре. Техника боя у кочевников не отличалась особым мастерством. Сражались они, как правило, на лошадях и только иногда – спешившись. Их самые искусные приемы не представляли каких-либо трудностей для блокирования. Правда, один из выпадов юноши привлек мое внимание возможностью эффектного продолжения. «Над этим нужно будет подумать», – отметил я про себя.

Антокс познакомил меня с возможными грязными приемами противника, которые он наблюдал в боях моего будущего соперника года три назад. Репутация Длирокса была такова, что с ним уже давно никто из местных не состязался даже в праздничных показательных поединках.

Стук в дверь прервал наши занятия. Едва парень успел нацепить маскировочную одежду, как в помещение вошел взволнованный Берил.

– Ты умеешь выполнять заклинание «треснутого зеркала»? – с порога обратился он к Эльруину.

Эл скромно опустил глаза, и за него ответила Сонька:

– Он еще и не то может, особенно если голодный или испуганный.

– Но это же уровень магистра! Тебе сколько лет? – поразился колдун.

– Он у нас совсем большой. Позавчера отмечали семнадцать, – снова ответила принцесса.

– Девочка, я разговариваю с великим волшебником. Неприлично встревать в разговор двух мастеров, в котором ты все равно ничего не смыслишь, – отчитал принцессу Берил.

– Она мой учитель, – наконец вставил слово скромный магистр.

Хорошо, что рядом с местным волшебником находился сундук и он сел, а не рухнул от такого заявления. Полминуты длилась немая сцена, а потом наш гость расхохотался:

– Выходит, учителя магистра я хотел определить в свои ученицы!

– Кое-кто хочет нашу девушку определить в свой гарем, – подключился я к беседе магов. – Причем не без вашей помощи.

– Ох-хо-хо… – вздохнул колдун. – Не люблю я это занятие, но, если князь не одумается, придется менять власть.

Втроем они немного пошушукались, и Берил отправился восвояси. Сонька с Элом имели вид заговорщиков, но расспросить их о творческих планах не удалось, поскольку к нам зашел молодой воин и пригласил на площадку в центре селения.