– Да в общем-то ничего особенного, если бы не необычные желтые пятна на теле покойного. Почти такие же я обнаружил сегодня у скончавшегося больного.

– К чему ты клонишь? – нахмурился князь.

– Воин Шермана умер не от ран, а от неизвестного мне яда. Как я теперь знаю, поваренок тоже отравился.

– Ты хочешь сказать, что Эдуард еще и воина отравил?

– Нет, не хочу. Хотя на наконечнике той злосчастной стрелы я обнаружил яд, которым добили раненого. Мне еще повезло, что удалось быстро найти его на теле покойного. Преступник, видно, торопился и довольно небрежно сделал царапину нашему пациенту – часть отравы осталась на коже. Судя по всему, на вас покушался тот же человек, который знал о причине смерти и мальчишки, и воина.

– Месяц назад Эдуарда даже в Сунгиме не было, – напомнил Сомов.

– Минуточку… Тогда выходит, прямо у меня под носом готовился настоящий заговор?! – Ромкуш гневно посмотрел на мага. – Кто посмел?!

– Думаю, что лучше обсудить это у меня в кабинете, – предложил Эргант. – Кое-что мне уже удалось выяснить, но некоторые детали следует еще уточнить.

Темный тоннель привел Эдуарда в тускло освещенную комнату, в которой никого не было, а из мебели находился только стол и огромная лавка перед ним.

– Ты как хочешь, а я дальше не пойду, – устало произнес студент. – Даже если за нами была выслана погоня, люди князя наверняка уже давно потеряли след.

Беглец почти рухнул на скамейку и подпер руками отяжелевшую от неприятных дум голову.

– О! А что тут делает графинчик? – Марицкий лишь сейчас заметил изящный стеклянный сосуд и с интересом вытащил замысловатую пробку в форме сердечка. – Аромат очень даже ничего. Жаль, никто не догадался оставить еще и бокал.

Барбос уютно расположился возле ног «эльфа» и зевнул во всю пасть.

– Мысль, конечно, интересная, – поддержал его человек, – но сейчас я вряд ли усну…

Эдуард не смог закончить фразу, стукнувшись лбом об стол. И даже этот удар не привел парня в чувство – он мгновенно уснул.

Громкий стук стал сигналом для двух неизвестных типов, прятавшихся за стеной. Они бесшумно открыли невидимую в полумраке дверь и быстрым шагом направились к Эдуарду. Подхватив студента под мышки, незнакомцы перетащили его в соседнюю более темную комнату. Пес им не препятствовал, он тоже попал под воздействие усыпляющего аромата.

– Сколько у нас времени? – раздался сочный бас одного из хозяев подземелья.

– Два часа с ним можно делать все, что угодно. Ничего не почувствует.

– Тогда приступим.

В кромешной темноте зазвенели какие-то инструменты, послышалось бормотание, переходящее в унылое завывание, затем раздалось монотонное постукивание, словно кто-то усилил громкость биения сердца. И вдруг ослепительная вспышка отбросила в сторону склонившихся на бесчувственным телом «докторов»…

– Теперь можешь рассказывать все, – недовольно произнес князь после того, как Эргант плотно закрыл дверь в кабинет. – Мне очень не понравилась твоя откровенность перед чужаком, тем более что пока он тоже под подозрением.

– А мне, наоборот, хотелось увидеть его реакцию, – возразил маг. – Так бы мы скорее узнали, причастен Михаил к побегу или нет. Сами посудите: без посторонней помощи одному щуплому пленнику не справиться с двумя дюжими охранниками.

Волшебник не сомневался в непричастности Сомова к преступлению, но в данной ситуации решил немного подыграть уязвленному самолюбию хозяина.

– Предлагаешь его позвать?

– Что сделано, то сделано. Теперь уже не стоит.

– Тогда докладывай о своих изысканиях. Откуда во дворце взялся неизвестный яд? Как он мог попасть в мой дом, минуя тщательнейший досмотр и магические барьеры? – Ромкуш сделал особое ударение на слове «мой».

– Это действительно невозможно, – начал Эргант. – Поэтому сначала я предположил, что яд в каком-то виде уже находился в крови поваренка, когда того принимали на службу. Ведь он прослужил во дворце меньше трех дней.

– Мальчишку плохо осмотрели мои лекари? – грозно перебил князь.

– Нет, врачи к своей работе отнеслись добросовестно. Он был здоров. Существуют, правда, магические активаторы болезней, но я лично обследовал новенького и могу ручаться – тот был чист от колдовского воздействия.

– Погоди, что же тогда получается? Ядов ни у кого, кроме тебя, во дворце быть не может. Слуга тем не менее отравлен, и круг подозреваемых замыкается на одном человеке.

– То есть на мне, – подытожил чародей. – Я пришел к такому же выводу и попытался самому себе доказать собственную невиновность.

– Получилось? – с ехидцей спросил Ромкуш.

– Да. Правда, для этого пришлось хорошенько надавить на нашего шеф-повара.

– Это его рук дело?! – ужаснулся повелитель Баншама.