Виновата в этом толстая Маруха, которая с глупой улыбкой побрела куда-то «ловить кайф», покачнулась и всем своим весом сбила хрупкое сооружение.

Но она этого даже не заметила, и никто не обратил внимания…

Владик прислонился спиной к стене и жадно обгладывал куриную ляжку, вытирая жирные пальцы о джинсы лежащей рядом Юльки.

А та обняла Ирку и закрыла глаза, нежно касаясь губами лица подруги… Славка и Чика смотрели вполне осмысленно, только несли всякую чушь.

А Катя обвила руками Димкину шею, так что ему теперь было трудно сдвинуться с места, и счастливо смеялась.

Интересно, что она сейчас видит своим искаженным зрением, какие картины рисует ей воспаленное воображение?

Брызги винегрета на обоях кажутся праздничным фейерверком? А едва слышный запах веточки мимозы — цветением райских кущ?

Дима осторожно протянул руку, взял бутылку и глотнул водку прямо из горлышка.

Говорят, с волками жить — по-волчьи выть. А со свиньями?

Никто из них, и Катя тоже, не умеет жить по-человечески. Хотели посидеть, как люди… Ха! Можно было заранее предположить, чем это закончится.

Постепенно все затихли, словно заснули. Наркотик парализовал мозг и отключил работу рук и ног.

Не люди — а безвольные тряпки.

Теперь остается только ждать, когда через пару часов они начнут опять приходить в себя.

Уроды! Козлы! Как они все ему уже осточертели!!!

Но он связан по рукам и ногам. И вериги эти — Катя.

Без наркотиков, которые поставляет Чика, ему просто не справиться с ней.

Первым очнулся Чика. За ним Славка. Девчонки еще валялись в отрубе, глядя на мир бессмысленными глазами.

— Кто это сделал? — морщась, спросил Чика. — Маруха? Поднимите эту корову, пусть уберет.

— Да какая теперь разница? — махнул рукой Славка. — Ты жрать хочешь?

— Нет.

— Ну и я — нет.

Постепенно все зашевелились, поднялись с пола… Маруха жадно тянула недокуренный чинарик, Юлька пила из бутылки пиво, словно месяц в пустыне провела…

И разговор постепенно оживился… Теперь было что вспомнить и что рассказать… Хоть языки и ворочались едва-едва, зато понимание было — с первого звука…

И Катя подняла голову. Глаза еще туманились, но на ногах она стояла вполне твердо. Она взяла подаренный «портсигар», с сожалением посмотрела на опустевшие отделения и опустила его в свою сумочку.

— Дим… — пролепетала она, едва шевеля губами. — Ты меня поцелуешь?

— Да… — бормотнул он. — Потом… позже…

Только недавно она напоминала ему прежнюю Катю, а теперь вновь превратилась в неприятную, неопрятную размазню.

Вот и Ирка побрела по комнате, зацепилась ногой за разбросанные кирпичи и рухнула на пол, растянувшись во весь рост…

…Жуткий грохот сотряс квартиру. Два сильных удара — и хлипкая входная дверь влетела внутрь вместе с выбитой коробкой. А вслед за ней — крепкие парни в пятнистой форме.

Никто сразу не понял, в чем дело… Ирка загремела… А эти-то откуда?

— Встать! К стене!!! — рявкнул крепыш со злым лицом. — Руки за голову!

— Ой, мама! — пискнула Ирка, увидев перед своими глазами тяжелые шнурованные ботинки.

Чьи-то руки подхватили ее под мышки и ткнули носом в стенку.

— Что? Кто? — залепетал Владик, непонимающе моргая, когда его подняли за шкирку и сильно встряхнули.

Рыжий парень быстро ощупал Маруху сверху вниз и запустил пальцы в задний карман джинсов.

— Ой, щекотно! Не балуй! — заржала Маруха, раздвигая ноги.

И только Чике пришло в голову спросить помертвевшим голосом:

— Кто..? По какому праву..? Кто вам дал..?

В ответ он получил крепкий удар в зубы.

— Кто хозяин?

— Я, — сказал Славка.

— А это кто? Зачем собрались?

— День рождения… — промямлил он. — Вот у нее. — И указал на Катю.

«— Наркотики! — кричит верзила в пятнистой форме. — Где героин? Синцов, собаку!

А я не могу понять, что происходит… Наверное, здесь снимают кино…

Движения у всех замедленные, словно при съемке рапидом, жесты летящие…

Крепкие парни в кованых ботинках исполняют сложные балетные па. Надо же, такие плотные, а летают, точно пушинки, легко преодолевая земное притяжение…

Вот один из них скользит ладонями по телу Марухи, а она плавно извивается и приседает. Я видела такой танец в эротическом фильме…

А еще один медленно вскидывает руку, подносит ее к носу Славки, едва касается, и из-под его пальцев разлетаются в стороны красные капли… А Славка замирает над полом в воздухе, откинувшись назад, а потом планирует к стене…