Но нет. Разумеется, она не могла устать. Однако к тому времени, как я это сообразил, мы уже вошли. Там было несколько мягких стульев и маленькие столики. Карен села на один из стульев, тщательно расправив на коленях своё цветастое платье. Потом указала мне на другой стул. Опираясь на трость для сохранения равновесия, я осторожно опустился на него; сев, я поставил трость прямо перед собой.

— Итак, — сказал я, — что же у вас были за приключения?

Какое-то время она не отвечала, и я забеспокоился. Я вовсе не хотел подвергать сомнению её предыдущее утверждение, но, боюсь, в моём вопросе прозвучал некий вызов, требование подтвердить свои слова.

— Простите, — сказал я.

— О, нет, — ответила Карен. — Ничего такого. Просто их так много. Я была в Антарктиде, и в Серенгети — ещё когда там водилась крупная живность — и в Долине Царей.

— Да неужели? — удивился я.

— Конечно. Я люблю путешествовать. А вы?

— Думаю, я тоже, правда…

— Да?

— Я никогда не был за пределами Северной Америки. Видите ли, я не могу — не мог — летать. Перепады давления в самолёте — доктора опасались, что они могут спровоцировать синдром Катеринского. Вероятность очень маленькая, но доктор сказал, что я не должен рисковать, разве что если поездка абсолютно необходима. — Я на мгновение подумал о другом мне, направляющемся на Луну; это путешествие он почти наверняка переживёт. Космопланы полностью герметичны, и атмосферное давление внутри них не меняется.

— Обидно, — сказала Карен, но потом её лицо просветлело. — Но теперь вы можете поехать, куда захотите.

Я горько усмехнулся.

— Поехать! Господи, да я же едва хожу…

Механическая рука Карен легко коснулась моей.

— О, вы научитесь. Обязательно! Люди могут всё. Помню, как я познакомилась с Кристофером Ривом, и он…

— Кто это?

— Он играл Супермена в четырёх фильмах. Боже, как он был красив! Когда я была подростком, постер с ним висел у меня над кроватью. Много лет спустя он упал с лошади и повредил позвоночник. Говорили, что он никогда больше не сможет дышать самостоятельно, но он смог.

— И вы познакомились с ним?

— Ага. Он написал книгу о том, что с ним произошло; у нас тогда был один издатель, и мы вместе оказались на банкете на «BookExpo America». Он так меня вдохновлял.

— Вау, — сказал я. — Полагаю, будучи знаменитым писателем, вы встречались с множеством интересных людей.

— Ну, я вспомнила Кристофера Рива не для того, чтобы похвастаться…

— Я понимаю, понимаю. Но с кем ещё вы были знакомы?

— Давайте посмотрим… какие имена могут что-нибудь значить для человека вашего возраста? Ну, я встречалась с королём Карлом перед самой его смертью. С нынешним папой и с тем, что был перед ним. С Таморой Ын. Шарлиз Терон. Стивеном Хокингом. Моше…

— Вы встречались с Хокингом?

— Да. Когда была на чтениях в Кембридже.

— Вау, — снова сказал я. — И какой он был?

— Очень ироничный. Остроумный. Конечно, общение было для него пыткой, но…

— Но какой умище! — воскликнул я. — Абсолютный гений.

— Это да, — согласилась Карен. — А вы любите физику?

— Мне нравятся великие идеи — в физике, философии, где угодно.

Карен улыбнулась.

— Правда? Тогда у меня есть для вас анекдот. Знаете такой, когда Вернера Гейзенберга останавливает дорожный патруль за превышение скорости?

Я покачал головой.

— Так вот, — продолжила Карен, — коп говорит: «Вы знаете, с какой скоростью ехали?» А Гейзенберг тут же отвечает: «Нет, зато я точно знаю, где я!»

Я расхохотался.

— Это сильно! Погодите — я тоже один вспомнил. Знаете про Эйнштейна в поезде?

Теперь была очередь Карен качать головой.

— Пассажир к нему подходит и спрашивает: «Простите, мистер Эйнштейн, Нью-Йорк останавливается в этом поезде?»

Карен засмеялась.

— Думаю, мы с вами подружимся, — заявила она. — А вы профессиональный физик?

— Что вы. Я для этого слишком плох в математике. Хотя отучился два года в Университете Торонто.

— И?

Я слегка приподнял плечи.

— Вы в Канаде часто бываете?

— Время от времени. Не каждый год.

— А пиво вы пьёте?

— Когда была помоложе, — ответила Карен. — Но больше не пью. В смысле, даже в старом теле не могла — последние лет десять или больше.

— Вы слышали про «Sullivan's Select»? Или «Old Sully's Special Dark»?

— Конечно, слышала. Очень… А-а! Вот оно что! Вы ведь Джейкоб Салливан, верно? Ваше семейное дело?

Я кивнул.

— Так, так, так, — сказала Карен. — Значит, я тут не одна инкогнито.

Я грустно улыбнулся.

— Карен Бесарян заработала себе состояние. Я же своё просто унаследовал.

— И всё же, — сказала Карен, — это, наверное, было здорово. В молодости мне вечно не хватало денег. Даже иногда приходилось наведываться в продовольственные банки [6] . Это, должно быть, очень расслабляет — знать, что у тебя никогда не будет проблем с деньгами.