Но Гердис не успокоилась. Так же кривились губы, словно она вот-вот расплачется, движения были суетливы, да и глаз она не поднимала. А в сумятице ароматов и чувств ничего не разобрать.

— Я… я плохая, да? Испорченная? — спросила она вдруг.

— Глупости! — резко возразила я.

Она мотнула головой.

— Не глупости! Если бы я… если бы я была другая, хорошая, со мной бы такого не случилось!

— Дело тут вовсе не в вас, — сказала я то, что ей нужно было услышать.

— Но он такой хороший был. Всегда был. Я же думала замуж за него выйти. Он предлагал, честно, предлагал. — Она говорила так монотонно, словно твердила давно заученный текст. — Я и барышне Сигнё сказала, она так радовалась за меня, платье подарила и духи вот. А он…

— Постойте, — встрепенулась я. Так вот что меня смущало! Аромат явно дорогой, к тому же не из тех, что подходят юным девушкам. — Какие духи?

Кажется, Гердис удивилась, даже немного ожила.

— Да вот, они у меня с собой, — и, вынув из кармана крохотный хрустальный пузырек, протянула его мне. — Барышня Сигнё такая добрая!

Я вынула пробку и осторожно поднесла ее к носу, уже догадываясь, что почую. И правда, аромат отличался от обычных благовоний, как настоящее оружие от детского деревянного меча.

— Очень добрая! — повторила я с чувством. Заметив, что Гердис перепугалась, я постаралась улыбнуться. Сейчас ей противопоказаны любые волнения — как сквозняки для стариков. — Не волнуйтесь, все будет хорошо. Эту ночь переночуйте здесь, в «Уртехюс», а завтра, думаю, все уже разрешится.

— Правда? — она доверчиво подняла на меня заплаканные глаза.

— Правда, — пообещала я. — Если позволите, это, — я осторожно, как ядовитую змею, поставила флакончик на стол, — пока останется у меня.

— Конечно, — согласилась она, не раздумывая…

Я задумчиво разглядывала емкость с подозрительными духами, пока Палл хлопотал над Гердис. Любопытно, откуда они взялись? Изготовить подобное в Хельхейме не могли, официально привезти тем более… Напрашивался вариант с контрабандой. А если еще вспомнить поддельное вино… Пожалуй, теперь я готова была помочь Исмиру распутать ту странную историю.

К сожалению, я не имела ни малейшего представления, где искать Исмира. Возможно, он предпочитает ночевать на заснеженных вершинах гор или на дрейфующей в море льдине? Брр, от одной мысли меня передернуло. Забавно, при всей нелюбви к холоду моя тяга к северным мужчинам только усугубляется со временем: сначала коренной обитатель Хельхейма Ингольв, теперь и вовсе ледяной дракон…

Я встряхнула головой, отгоняя нелепые мысли. Пожалуй, разыскать его проще всего с помощью инспектора Сольбранда.

— Палл, будьте добры, отнесите записку, — попросила я, торопливо черкая короткое послание.

— Конечно! — обрадовался он, чуть не выхватывая бумагу из моих пальцев…

Гердис временами по-детски всхлипывала во сне, а я сидела в соседней комнате перед пустым листом бумаги. Требовалось составить несколько новых рецептов, только мысли мои крутились весьма далеко от аромагии. Забота о других помогала держать себя в руках, но, оставшись одна, я поневоле погружалась в тоску и воспоминания.

Пальцы мои машинально перебирали пузырьки с маслами и настоями, а перед глазами всплывали картинки из прошлого…

— Голубушка, вы тут? — отвлек меня от этого бессмысленного занятия негромкий голос инспектора Сольбранда.

— Да, — откликнулась я, вставая. — Здравствуйте, инспектор!

— Здравствуйте, голубушка! — он стянул с головы форменную шапку-ушанку и поклонился. Белая акация дурманила сладостью сопереживания, а чай с бергамотом выдавал сочувствие.

Я заставила себя улыбнуться. Оставалось лишь надеяться, что улыбка моя не походила на оскал.

— Не ожидала вашего визита. — Призналась я и тут же спохватилась: — Но очень рада вас видеть!

— Ну да, голубушка, — инспектор устроился напротив меня. Кажется, ему отчего-то было неловко. — Вы ведь просили передать записку господину Исмиру! Не беспокойтесь, голубушка, я так и сделал, только…

Он замялся, и я, вспомнив о долге хозяйки, предложила:

— Хотите чаю? Кофе? Чего-нибудь покрепче?

— Покрепче! — усмехнулся инспектор, мальчишеским жестом взъерошив седые волосы. — Не поверите, до чего меня все это… То есть, как мне это надоело!

С языка его, определенно, рвались куда более крепкие выражения.

— Ваш любимый малиновый ликер? — с некоторым сомнением сказала я, вставая, и распахнула створки шкафчика с разнообразнейшими напитками. Чего тут только не было! Многочисленные ягодные наливки, травяные настои на спирту, ликеры. — На мой взгляд, для сегодняшней погоды, — я кивнула на окно, за которым по-прежнему надрывно выла вьюга, — больше подходит горячее вино с медом и пряностями.

— Вино! — быстро согласился он, и я принялась отмерять гвоздику, корицу, апельсиновую цедру и мускатный орех…