Сегодня мы вошли в пустую комнату. Черные панели убегали к потолку, белый свет отражался в них, бликами ложился на пол. Где-то рядом шумели лопасти, снова и снова рассекали воздух, и искусственный ветер несся на нас, заставлял дышать глубже. Мы ждали Мельтиара, - теперь он пришел, а мы все еще стояли молча.

Он прошел мимо нас, как мимо строя простых воинов, остановился у стены. Ветер трепал его длинные темные волосы, бросал на лицо, и я не могла поймать его взгляд. Но я знала, что Мельтиар недоволен. Мы все знали.

Я взглянула на остальных. Мы стояли перед ним, четыре звезды Мельтиара, его предвестники, и молчали.

Амира смотрела в пол, и ее ресницы часто вздрагивали, словно она боялась расплакаться или заговорить. Рэгиль заслонял ее от Мельтиара - будто ждал удара и хотел закрыть собой. Лаэнар сжимал кулаки - я знала, он хочет немедленно вернуться в бой, как и я.

Лаэнар встретился со мной взглядом, вздохнул и сказал:

– Мы сделали все, что смогли.

– О.
– Мельтиар засмеялся и прислонился к стене. Отражение качнулось в темной поверхности.
– Мои предвестники смогли так много - второй раз вернулись, не выполнив задания.

– Но там был этот человек!
– воскликнула Амира. Ее голос дрожал, как натянутая струна.

Мне хотелось успокоить ее хотя бы взглядом, но я смотрела на Мельтиара, я не могла обернуться.

– Амира.
– Мельтиар говорил так мягко и тихо, невозможно было предугадать, что он сделает в следующий миг. Может быть, если бы он назвал мое имя, я поняла бы - но сейчас могла только смотреть.
– Ты так испугалась человека?

Мельтиар был почти неподвижен, - смотрел мимо нас, вверх, туда где вращались невидимые лопасти. Черная одежда сливалась со стеной, и лишь волосы текли темным потоком - ветер не замирал ни на мгновенье.

Амира всхлипнула, словно пытаясь ответить, и я не смогла больше сдерживаться, шагнула вперед.

– Это был не просто человек, - сказала я.
– Он мог летать, нам не удалось напасть сверху.
– Мельтиар обернулся, поймал мою руку. Его ладонь была горячей, в ней текла та же сила, что всегда наполняла эту комнату. Я запнулась на миг, но договорила: - Я думаю, это был всадник.

– Арца.

Мельтиар сжимал мою руку все крепче, все больнее, и мое имя звенело в этой боли. Я смотрела в его глаза, в темноту, и теперь точно знала - чтобы он ни сказал сейчас, и чтобы ни сделал, он не сердится по-настоящему. Если мы виноваты, мы можем все исправить, и так и будет.

– Арца, - повторил Мельтиар и наклонился ко мне.
– Вас было четверо, а он один, и вы ничего не смогли сделать? Сколько будет всадников, когда начнется война? Сколько будет врагов на каждого из вас? Что вы будете делать тогда?

Мельтиар выпустил мою руку и обвел нас взглядом.

– Мы все исправим!
– сказал Лаэнар. Его голос звенел, а слова повторяли мои мысли.
– Мы можем вылететь прямо сейчас! Мы сделаем все что угодно, мы готовы умереть!

– Умирать не надо, - возразил Мельтиар.
– У вас другое задание.

Мы хорошо знали задание, и тренировались так долго, - но вот уже второй раз возвращались ни с чем. Мы должны были держать захватчиков в страхе, мы стали ночными демонами, появляющимися из ниоткуда, несущими разрушения и кровь. Но уже вторую ночь подряд селения чужаков спали спокойно.

Мы отступили дважды, всего лишь из-за одного человека.

Я зажмурилась на миг, пытаясь справиться с чувствами. Внутри меня словно что-то горело, и едкий дым отравлял душу. Мне сейчас хотелось лишь просить о прощении, но я знала - так делать нельзя.

– И лететь прямо сейчас тоже не надо, - продолжал Мельтиар.
– Идите спать и вылетайте по расписанию.

– Я могла бы улучшить машину, - тихо проговорила Амира.
– Пока все будут спать... Я не успею сделать много, но хотя бы кое-что и тогда...

– Запрещаю, - сказал Мельтиар и провел пальцем по ее щеке, словно стирая слезу. Должно быть, Амира и правда плакала.
– Иди спать.

Она кивнула и пошла к двери. Мне хотелось задержаться, подождать, - может быть он назовет мое имя? Но Мельтиар молчал, не позвал никого, мы все четверо вышли в коридор.

Снаружи солнце уже перешло полдень. Все говорило об этом: и лампы, сияющие в полную мощность, и привкус дневного воздуха в искусственном ветре. В коридоре было людно, - кто-то приветствовал нас на ходу, другие молча расступались, давая дорогу.

Я запрокинула голову, но надо мной был лишь потолок. Я совсем не хотела спать, я хотела вырваться стрелой из колодца, черной молнией разрезать голубое небо. Я так давно не видела дневного неба, тренировки и вылеты начинались с закатом. Как будто мы и правда превратились в ночных демонов.