Кейн развел руками.

– Я и сам пытаюсь это понять.

– Поиски ответа привели меня к изучению твоей карьеры. – Ма'элКот вдруг сел прямо и положил ладони на стол. Его глаза горели, – Ты хотя бы понимаешь, какой ты исключительный человек, Кейн?

– Сейчас покраснею.

– Не глупи. За последние десять неспокойных лет в истории Империи было шесть поворотных пунктов. Ты был центральной фигурой в четырех из них. Эти события объединяет только их величие да еще тот факт, что лично ты повлиял на их исход.

– Правда?

Ма'элКот начал загибать пальцы.

– Убийство принца-регента Тоа-Фелатона – раз. – Он вытянул руку. – И не надо говорить, что ты тут ни при чем – это убийство вызвало войну за престол, которая закончилась уничтожением династии Менелитидов и моим восхождением на трон. Два – подвергаясь огромному риску, ты вывел небольшую группу любителей приключений из пустынь Бодекена. Вы принесли весть о возвышении Кхулана ГТара, о том, что он объединил огрилло, и Анхана успела укрепить пограничные города и привести две армии для противостояния вторжению.

– Это была случайность, – заметил Кейн.

Они с партнерами искали артефакты и сокровища среди руин старинных эльфийских городов, построенных в незапамятные времена. Там их отряд был схвачен бродячим племенем огрилло. Кровавые игры огрилло с пленниками и еще более кровавый побег Кейна с двумя уцелевшими товарищами обеспечили «Отступлению из Бодекена» такую популярность, что запись имела спрос спустя почти десятилетие.

– Не важно. Через год с небольшим глупость генералов Анханы позволила Кхуланской орде угрожать самому существованию людей на этом континенте. Именно ты, Кейн, внедрился в личную охрану Кхулана ГТара. Ты не только передал армии Анханы стратегические замыслы ГТара, благодаря чему мы успели объединиться с экспедиционными войсками Монастырей и встретить орду в Серено, но и снова отправился в орду, вызвал самого Кхулана на бой один на один и убил его.

– Что касается боя один на один, – усмехнулся Кейн, – то это преувеличение. Просто я проскользнул ему в тыл и ударил в спину. Старый ублюдок оказался потверже, чем я ожидал, – этим своим кистенем, который был у него вместо скипетра, он сломал мне руку. Она до сих пор ноет перед дождем.

Прозвучавшая в его интонации гордость имела весьма поверхностное отношение к словам Ма'элКота: «Последний оплот Серено» считался самым лучшим Приключением Кейна.

Ма'элКот пожал плечами.

– Это уже мелочи. Тогда ты своими руками спас Империю. На самом деле я тщательно слежу за слухами по всему континенту и постоянно натыкаюсь на твое имя в связи с различными громкими делами…

Его голос был смертельно мягок, словно шелковая веревка» скользящая вокруг податливого горла.

– Не понимаю, как может один человек играть такую большую роль во всем происходящем. Любопытно, правда?

«Просто Студия посылает меня туда, где творится заварушка», – подумал Кейн – лучшего объяснения у него не было. Он прекрасно понимал, что попал в обманчивую ситуацию, словно ступил с твердой почвы в жадные зыбучие пески.

Что на самом деле знает Ма'элКот о тех актирах, за которыми он столь беспощадно охотится?

– А теперь Сила сказала мне, что ты единственный, кто сможет схватить Саймона Клоунса. Всю прошлую ночь я пытался выяснить, в чем причина этого. Пока ты спал, я подверг тебя всем известным мне проверкам.

У Кейна тотчас пересохло во рту.

– И?

– И ничего не выяснил. Какая бы Сила ни втягивала тебя в эпицентр событий, она не имеет никакого отношения к магии. Я обнаружил только одну любопытную деталь – у тебя черная, очень трудночитаемая Оболочка. Должно быть, этим объясняется твой успех в схватках с магами – я знаю, в свое время ты убил немало адептов и прочих использующих магию существ. Вероятно, это большое преимущество – никто не может распознать твои эмоции или намерения.

– Бывает. – Кейн сделал глубокий вдох.

– Впрочем, это все же пусть редко, но встречается. Поскольку мне не хватает сил удовлетворить собственное любопытство самостоятельно, я решил спросить тебя.

– И ты думаешь, что я знаю ответ? Ма'элКот величественно кивнул.

– Вот именно. Я надеюсь на это; поражение невыносимо для меня. Прошлой ночью, почувствовав, что не справляюсь, я едва не убил тебя.

Кейн моргнул.

– А… – только и смог вымолвить он.

– Заклинание. Сила. Я уж было решил забрать твою жизнь, чтобы извлечь твою память из отлетающей души.

– Это… э-э… – пролепетал Кейн, – немного чересчур…

– Ну да, – с сухим смешком согласился Ма'элКот. – Знание того, как ты можешь поймать Саймона Клоунса, не помогло бы мне, если б ты был не в состоянии выполнить задачу.

– Однако я до сих пор не понимаю, почему ты сам не можешь поймать его, – заметил Кейн.

– Саймон Клоуне сотворил заклинание Сокрытия, которое все еще действует. Я проанализировал его результат, но не смог составить контрзаклинание – не смог и, вероятно, не смогу никогда. Голос свыше предсказал, что заклинание потеряет силу, стоит мне лишь прикоснуться к его создателю. Чары действуют непосредственно на мозг, раскалывая информацию, которой я располагаю, на мельчайшие кусочки. Из-за этого я не могу соединить их друг с другом или даже понять, в чем они сходятся. Я прихожу в ярость, когда думаю, что уже знаю, кто такой Саймон Клоунс, но не в состоянии связать его внешность с именем.