Я нехорошо прищурилась. Да что он себе позволяет? Ведь рядом стоит мой парень!

Калеб расплатился картой, взял чек и зыркнул на продавца, который дерзко помахал мне на прощание. Мы вышли на тротуар, и я рассмеялась.

– Ничего смешного! Тот крендель совсем краев не видит, – проворчал Калеб.

– Балбес, зато безобидный.

– Безобидный?! Я видел в твоих мыслях, о чем он думал! Придурок! – пробормотал Калеб сквозь зубы и сердито звякнул ключами.

Я подавила смешок и подошла к джипу.

– Сам виноват! Ведь это ты велел мне выбрать купальник!

– Да уж. И о чем я думал? Пора бы тирану возродиться.

– Какой ты смешной! – ласково сказала я, покачав головой, и села в машину. – И что теперь?

– В смысле? Хочешь, чтобы я проучил этого серфера?

– Нет! – засмеялась я. – Что мы теперь будем делать? К нам же какой-то компаньон приезжает?

– Ну да. Отец мне пока ничего не сообщил. Давай вернемся домой, переоденемся и пойдем на пляж. Если к обеду никто не объявится, я сам позвоню.

– Ага. Как думаешь, кого пришлют?

– Без понятия. Отец решил придержать тяжелую артиллерию на случай нападения или еще чего.

Я напряглась.

– Неужели Уотсоны осмелятся…

– Не знаю. Раньше они никогда на нас не нападали. Отец опасается, что они не остановятся. Надо было просто… – Калеб тяжело вздохнул, завел джип и выехал со стоянки.

В его мыслях я прочитала «убить Сайкса», однако он этого не сказал, потому что и сам не смог бы никого лишить жизни.

– Ничего страшного, – уверила я. – Я совсем не волнуюсь.

– Это что-то новенькое! – улыбнулся Калеб. – Давно пора.

– Я знаю, вы с Питером все сделаете ради моей безопасности, к тому же ты сейчас рядом. Мне совершенно не о чем беспокоиться, – заметила я, откинувшись на спинку сиденья.

Калеб взял меня за руку и сжимал ее всю обратную дорогу. Он буквально лучился любовью, и от этого мне было необыкновенно тепло.

– Я люблю тебя, Мэгги.

– И я тебя, – улыбнулась я. – Кстати, почему ты никогда не называешь меня Мэгз, Мэгстер или Мэгзи, как все остальные?

– А тебе это нравится?

– Не очень. Почему-то все кругом рано или поздно придумывают мне какие-нибудь дурацкие прозвища. Папа, Биш, одноклассники, учителя и даже Чед часто называют меня Мэгз.

– Та-дам! У нас есть победитель! – воскликнул Калеб.

И тут меня осенило.

– Так вот в чем дело! Ты не хочешь звать меня так же, как Чед.

– Именно.

– И Кайл, – сообразила я.

– В точку!

– Понимаю.

– Кроме того, ты вовсе не похожа на Мэгз. Если ты не против, буду называть тебя деткой.

– Сам знаешь, что не против! – усмехнулась я.

– Замри! – Мы остановились на светофоре, Калеб склонился ко мне. – Пусть на твоем прелестном личике держится эта улыбка, пока я не скажу «стоп». Я очень по ней соскучился.

Калеб осторожно взял меня за подбородок и нежно поцеловал в губы. Я тут же качнулась, тяжело задышала и моргнула, фокусируя взгляд. Калеб наверняка почувствовал, как часто забилось мое сердце.

Он лукаво усмехнулся, нажал педаль газа, и мы понеслись по одной из центральных улиц.

Калеб оказался прав. При свете дня Калифорния выглядела совсем иначе. Как на экране телевизора! Повсюду пальмы и вывески, девушки в бикини прямо на улицах. Блондинки, блондинки, снова блондинки. Даже манекены в витринах – и те со светлыми волосами.

За продуктами мы заскочили в магазинчик неподалеку от дома. Калеб набрал моей любимой еды, и мы весело переглянулись.

Я помогла занести покупки и разложить по местам. Дома по-прежнему никого не было. Похоже, в наше отсутствие никто сюда не заходил.

– Пойдем на пляж? До папы не дозвониться, но наверняка наш компаньон скоро приедет. Не знаю, как ты, но я по нему не скучаю.

– Я тоже! Сейчас переоденусь.

Я пошла в ванную и надела купальник. И снова не поверила своим глазам. Неужели это я? Пляжное платье я не захватила, поэтому осторожно выглянула из-за двери. Калеб гремел чем-то на кухне. Я быстренько кинулась к сумке, но тут он вошел в комнату, и на меня обрушился поток его мыслей. В нем боролись влечение и желание удержать себя в руках, не броситься ко мне в ту же секунду. Его тело вопило об этом.