— Да девчонки сказали, что полюбили меня в шляпе, а теперь без шляпы, как-то не то… — смущенно пояснил Гарри.

— Понятно, ты подхватил вирус Боярского, теперь всю жизнь будешь в шляпе ходить, — резюмирую я: — Пришел наследство получать?

— Ага! — радостно мыслит в ответ Гарри: — Все до копеечки, в смысле до сиклечки. А ты здесь меня ждешь?

— Угадал. Как с девчонками? Еще никого не обрюхатил?

— Нет. Свадьбы ждем. Чтобы все честь-честью! — смущенно ответил Гарри.

— Неужто девчонки тебе на день рождения и подарка не подарили в виде себя?

— Подарили! — сказал довольный как лось Гарри: — Но он скорей относится к разряду необычной любви. От нее не бывает детей.

— Оп-па! Даже не буду уточнять детали, а то ты и шляпу вгонишь в краску, развратный мальчишка! — и я оглянулся на следовавших рядом девчонок. Они вроде тоже выглядели довольными. Мы (Гарри то есть) вступили в наследство Поттеров и Блеков. Осмотрели сейфы и получили порталы к домам, путь к которым был и так известен. Наверняка своей нетрадиционной любовью они в Поттер-маноре и занимались с утра.

После чего, мы подождали подошедших родителей Нимфадоры и Гермионы и сразу обвенчались в ритуальном зале гоблинов. А чего тянуть? Родители Гермионы подтвердили, что не против раннего брака дочери. После чего были принесены обеты. Ну, теперь Гарри держись за штаны!

А чего же Дамблдор не пришел? Неужто внял моему разговору? И не стал наезжать на Гарри? Нет, скорей всего понял, что я провел с ним работу и просить бесполезно будет. После посиделок в Поттер-маноре я смотался с Фоуксом в сейф Беллатрикс и прихватил кресстраж. А заодно много чего еще, что пролазило в тулью шляпы. Хорошо, что вес не прибавлялся. Иначе бы Фоукс меня не унес от обилия злата во мне.

Вернувшись на продолжавшуюся свадьбу, я поставил перед ним подарок в виде чаши Хафлпаф и предложил рубить его мечом Годрика. Родители были огорчены, что Гарри разрубил такую красивую вещь. Да еще потом дыма много вышло от нее. Чуть все застолье не испортил. Молодые потом для прощанья с целками, покатались полчаса на грустных единорогах и пошли почивать. На сутки не меньше. Но я им рассказал и про остальные кресстражи, что еще остались от Волди. Собственно, это только змея Нагайна и амулет, что в доме на Гриммо у Кричера хранится. Тот, что в голове Гарри уже был неактивен. Из него ничего не возродится.

Немного послушав у дверей спальни охи и стоны, (чисто «энигма» какая-то!) я полетел в лапах Фоукса до темного леса искать местный Кедр с Шишком. Хотелось мне с ним объясниться, чего еще я тут ошиваюсь. Шишок долго не показывался, но после третьей песни выскочил и начал ругаться. Хотя без злобы. Просто дремал нелюдь, а тут приходят и мешают. Я сделал доклад своих эпичных подвигов. Он зевнул и сказал, что сойдет, и отправил меня взад. То есть назад в тело Оберона.

И лето резко сменилось зимой. Но главное что я обрел руки и ноги! Вау! Я стартанул как супермен над лесом в сторону своего дома. Господи! Как я соскучился по семье своей! Сколько можно чужую судьбу устраивать? Где вы мои девочки? Настоящие, которые…

Я прибыл с миссии в тот же день, что и ушел. Но девочек своих уже не узнал. Это был какой-то русский народный ансамбль. Все были наряжены в вышитые сарафаны, а на головах были кокошники. Решили поддержать мой стайл «добра молодца». Я радостно набросился их целовать и обнимать, что их удивило.

— Гарри! Тебе что так понравились наши наряды? — спросила Венди: — Не знала, что ты так обожаешь русскую культуру.

— Наряды тоже замечательные, но я просто по вас соскучился!

— Всего 2 часа погулял и уже так соскучился? — удивилась Нимфадора: — Что же станет с тобой, когда мы уедем на полгода в Хогвартс? Ты нас при встрече вообще на ленточки для фейерверков порвешь?

— Не исключаю, что расставание с тобой, столь долгое, меня просто убьет! — ответил я и вновь начал её целовать.

— Гарри, я чуть кокошник не уронила! Осторожней! — оттолкнула меня Нимфадора красна девица.

— Да зачем он тебе? Сними ты его, он же неудобный! — удивился я столь педантичному следованию стилю.

— Ты, похоже уже все забыл? — иронично спросила Нимфадора: — Нарушения стиля приводит к сам-знаешь-чему! Кокошник штука ужасная, но одевается легко. И в придачу к очень удобному сарафану вполне терпим. Я теперь смогу утром в три раза быстрей одеться!

— Странно! По-моему русский женский наряд довольно сложно одеть. Там вроде много деталей… — удивился я.

— Большинство деталей под сарафаном я опустила, — беспечно сказала Нимфадора.

— Ты носишь его на голое тело? У меня уже появилось желание сорвать с тебя кокошник, чтобы увидеть к чему это приведет, — жадно облизнулся я, соскучившийся по обнаженке.