— Президент — бывший наш… — начал Малахов.

— Вадим, ты думаешь, я этого не знал? — засмеялся Лазненко. — Я всегда отслеживал судьбы сотрудников, покинувших наш Центр. И не покинувших — тоже.

— Все это скорее похоже на фильм про Джеймса Бонда, — сказал Вадим. — Хеппи-энд для героя.

— Согласен с тобой, выглядит как рояль в кустах, — согласился Николай Петрович. — Но извини, только то, что мы тут сидели безвылазно и практически бездеятельно, и спасло наши силы. Иногда надо некоторое время посидеть, как мышь под веником, и не отсвечивать. И ждать, когда твоя работа, да и ты сам понадобишься. Нельзя суетиться. А теперь, я надеюсь, можно выходить на легальное положение.

— Чего вы боялись? — недоумевал Малахов. — Я так понимаю, что в любой момент можно было обратиться к президенту напрямую и восстановить Центр.

— Вадим, ты забыл, что случилось с вами в Зоне в две тысячи двенадцатом? — Генерал отключил системы наблюдения и погасил экран монитора. — Ты думаешь, они отступили?

— Я был абсолютно уверен, что они как минимум обезглавлены. И силы у них сильно подорваны, — тихо произнес Малахов с нотками сомнения в голосе. — Я вообще полагал, что о них мы навсегда забудем.

— Может, вы хоть немного введете нас в курс событий? — Клава прервала их беседу. — Если уж мы хотим продолжать работу, то должны хоть немного понимать, о чем вы тут говорите. Хоть немного знать о событиях, которые привели к нынешнему положению дел.

— Ты не рассказывал своей группе? — В голосе Лазненко промелькнуло удивление.

— Не все, — покачал головой Малахов. — Ведь многое из того, что произошло, может быть только моими собственными ощущениями, а не реальностью. Поэтому я позволил себе рассказать коллегам только объективную часть событий.

— Какую? — не отставал Лазненко. — Учти, что твой отчет я читал. Только я и читал.

— Что ситуация с провалом миссии группы в две тысячи двенадцатом была связана с деятельностью тайного общества энергетических вампиров. Людей с экстраординарными способностями и не менее экстраординарными потребностями, — монотонно стал пересказывать Малахов. — И что теперь мы опять, судя по всему, снова имеем с ними дело.

— Ты рассказал про встречу с магистрами энампов? Про то, что ты сделал? — спросил генерал.

— Да что там говорить…

— Люди, чтобы вытащить тебя из Зоны, рисковали жизнью, ты мог бы им больше доверять, — покачал головой шеф.

— Не все, что я узнал там, в Зоне, может быть полезно. Извините. Все знают, кто сейчас наш враг, и я думаю, этого достаточно, — не согласился Малахов.

— Вадим, ты можешь, конечно, не говорить всего, твое право. Но если бы… — начал Тимур.

— Да и не надо ему ничего говорить, — оборвал его Лазненко. — Есть человек, который может рассказать объективную картину событий.

Николай Петрович достал из кармана коммуникатор и набрал на нем сообщение.

— Вот, позаимствовали идею у Зоны, — указал генерал на наладонник. — У нас тут своя внутренняя сеть.

— И сообщения о смерти Шипа-Семецкого регулярно приходят? — улыбнулся Тимур.

— Нет, мы такое фильтруем. Я свидетеля позвал. Он уже четыре года у нас в Центре работает. Здесь, у меня в Центре, не в той профанации…

Через минуту скрипнули петли входного люка, и в бункер вошел громадный мужчина. Байкалова, хоть располневшего и поседевшего, Малахов узнал сразу.

— Ну, здоров! — Байкалов обнял Вадима, чуть не раздавив в объятиях. — Я бы давно тебя обнял, но начальство не разрешало. Все ждали момента.

— Ну, ты и разъелся! Что, без охоты на вампиров спортом не занимаешься? — Вадим похлопал Дмитрия по округлившемуся боку.

— Это комок нервов, — очень строго ответил тот.

— Так, Дима, пожалуйста, подробно расскажите вашу версию событий две тысячи тринадцатого года в Зоне.

— Что, опять? — делано удивился Байкалов. — Ну, ладно. Кратко, для тех, кто не совсем в теме.

— Да в теме мы. — Клава ожидала, что сейчас ей будет прочитана банальная лекция из сети, которых она начиталась в последнее время несметное количество.

— Послушай, Клава. И вы, Тимур с Герой. Вадим может просто поскучать, — сказал Лазненко. — Хотя идем, я тебе покажу наши «дачки», а молодежь пусть послушает.

Байкалов дождался, когда Малахов и Лазненко уйдут, и начал свой рассказ, предварительно откашлявшись, как лектор в Доме культуры.

— Всю историю человечества существуют легенды о вампирах. Причем только легенды. И сказки всякие. Никаких реальных или более-менее серьезных документов об их существовании найти нельзя. Но вы никогда не задавались вопросом, почему эти сказки такие живучие? Почему существует устоявшийся образ вампира, почему время от времени наступает просто безумный интерес к этим вампирам?