— Вы решили, что я сам бы до этого не додумался? — вне себя от гнева закричал Руссе. — Вы принимаете меня за дурака, мой «кузен».

Катрин рассмеялась, ловко вскочила на лошадь, которую подвел слуга, и, пришпорив ее, галопом выскочила из дворца бургундских герцогов и скрылась в лабиринте темных дижонских улиц.

Приехав во дворец Морелей-Совгрен, Катрин увидела, что Готье наконец вернулся. Явно уставший, он сидел с Беранже на кухне и жарил каштаны, попивая красное вино.

— Слава Богу, вы здесь! — воскликнула Катрин со вздохом облегчения. — Куда вы пропали? В какую еще авантюру пустились? Вы не знаете Дижона, и, только приехав, вы…

— Пусть я не знаю Дижона, но я знаю мужчину, за которым следил, он из отряда Дворянчика: я за ним ходил весь день, он меня познакомил с этим городом. А вы сами, госпожа Катрин, не пускаетесь в авантюры? Вы возвращаетесь со службы в таком наряде?

Графиня пожала плечами, сняла перчатки и, подойдя к огню, протянула свои озябшие руки. Она чувствовала себя уставшей, но голова была удивительно ясной.

— Мне удалось повидать короля, к счастью, так же, как вы обнаружили кого-то из отряда Дворянчика, я встретилась с другим в Новой башне. Да к тому же за делом: сегодня вечером была совершена попытка отравить Рене д'Анжу!

Готье на минуту перестал помешивать каштаны на сковородке и удивленно поднял брови:

— В тюрьме, во дворце?

— Именно так, ему подали отравленное вино. К тому же если бы я не узнала этого человека, то сейчас был бы мертв не только король, но и капитан де Руссе и я. Быстрая и безболезненная смерть!

Катрин рассказала о том, что произошло в башне. Беранже прерывал ее возмущенными восклицаниями, а Готье все больше и больше хмурился.

— Выполнив свое грязное дело, этот человек исчез, не дождавшись исхода, — вздохнула она. — Несмотря на предпринятые попытки, найти его не удалось. Интересно, Готье, что вас так развеселило в этой истории? — добавила она, заметив, что ее конюх перестал хмуриться, улыбнулся и принялся чистить горячие каштаны, аромат которых наполнил всю комнату.

— Просто Провидение вмешивается, когда дьявол уже заканчивает свою работу. Как выглядел ваш мужчина?

— Белое плоское, ничем не примечательное лицо, слегка рыжеватые волосы. Впервые мы его увидели в церкви Монтрибур, в разоренной деревне. Он составлял опись награбленного. Вы припоминаете?

— Я так хорошо все помню, что следил за ним весь день, прождал его весь вечер перед дверью на птичий двор и…

— Вы знаете, куда он пошел?! — воскликнула Катрин. — Это невозможно. Это было бы слишком большой удачей.

— Почему бы нет? Я вам сказал, что вмешалось Провидение. Госпожа Катрин, послушайте, сядьте на эту лавку, съешьте несколько каштанов и выпейте стакан вина, — вы выглядите уставшей.

— Устала я или нет, мне сейчас не до отдыха, — нетерпеливо возразила она. — Вы пойдете со мной во дворец и покажете капитану де Руссе, где прячется этот человек. Мы схватим его до восхода солнца. Ну же, пошли!

Но Готье уселся поудобнее на лавку и положил еще горсть каштанов на сковороду.

— Надо дождаться, пока на рассвете откроются городские ворота, госпожа Катрин.

— Откроются ворота?

— Да, он укрылся за городскими стенами в укромном местечке…

Готье рассказал, как после длительного ожидания он увидел, как этот человек быстро вышел из дворца и побежал по улице в северном направлении. Заметив городские стены, Готье решил, что преследование окончено, но беглец подошел к потайной двери, охранник которой уже крепко спал. Чтобы его разбудить, ему пришлось громко кричать, и Готье прекрасно все слышал.

Его пропустили. Не успел охранник снова заснуть, как подбежал пытающийся настигнуть беглеца Готье.

«Вот уже десять минут, как я бегу за ним, — поведал он караульному, — если я не задержу этого человека, завтра он совершит величайшую ошибку в своей жизни».

Затем, что-то сообразив, Готье выкрикнул пароль: «Вержи» и попросил охранника его подождать, так как он не хотел проводить остаток ночи за городскими стенами.

Все произошло, как он и задумал. Караульный пропустил его. К счастью, ночь была не слишком темной, и он заметил беглеца, направляющегося к постройкам, увенчанным шпилем, которые находились далеко в стороне от всех деревенских домов, около рощицы.

— Я видел, как он вошел туда, — заключил Готье, — и вернулся домой. Я смогу найти это место, к сожалению, я не знаю, как называется эта окраина, а спросить у охранника не осмелился. Что же касается построек, то скорее это монастырь. Большой двор, обнесенный высокими стенами, а напротив, у обочины, огромный каменный крест. Не скрою, местечко показалось мне пустынным и жутким.

— Надо перейти речку, чтобы туда добраться? — спросила Катрин таким мрачным голосом, что юноши с удивлением посмотрели на нее.