На третий день Майк не выдержал. Он позвал Иззи выпить кофе и спросил в лоб:

– Что у вас случилось?

Иззи настороженно посмотрела на него:

– Ты о чем?

– Слушай, малышка, когда я вернулся на работу, мне показалось, что вы без меня пережили третью мировую войну. Между вами явно что-то произошло. Кое-что я знаю, но…

– Он что, ничего тебе не рассказывал?

– Ни-че-го. Только твердил как заведенный, что в тот вечер ему не следовало уходить и бросать меня одного. Получается, я сам должен восполнять пробелы и докапываться, что к чему.

– Вот оно что, – пробормотала Иззи. – Понимаю.

Она не знала, легче ей стало после слов Майка или, наоборот, тяжелее.

– И… какие пробелы ты сумел заполнить? – осторожно спросила она.

– Дорогая, сдается мне, что Ник положил на тебя глаз. Что-то в этом роде. А ты это, естественно, почувствовала. Ты же у нас девочка умная.

– Да, ты прав. Нечто такое было.

– Конечно, парень – полный шмук. Надо же, возомнил, что у него получится. И с кем? С тобой!

Иззи почувствовала непонятное раздражение:

– Не понимаю, а почему у него… не должно получиться?

– По одной простой причине: ты – это ты, а он – это он. Слава богу, тебе хватает ума понимать разницу.

Вид у Майка был весьма обескураженный. Иззи невольно улыбнулась:

– Я бы так не сказала. Я бы сказала, все совсем наоборот. И тем не менее…

– Иззи, что ты его выгораживаешь? – Майк вздохнул, понимая, что нашел причину. – Послушай. Ник, конечно же, идиот. Меня в этом убеждать не надо. Но мы не можем работать в такой ненормальной обстановке. Сделай над собой усилие и запрячь свое недовольство куда подальше. Веди себя как раньше. Я тебя очень прошу, принцесса.

– Конечно, – пообещала Иззи. – Я обязательно постараюсь.

В своих стараниях вести себя как раньше Иззи ударилась в другую крайность. Она излишне много смеялась, говорила нарочито громко, а когда в комнате воцарялась тишина, тут же принималась рассказывать, что считает дни до отъезда в Англию и мечтает увидеть свадьбу.

– А он тоже там будет? – довольно холодно спросил у нее Ник.

Его поведение за эти дни ничуть не изменилось. Вероятно, к нему Майк с подобной просьбой не обращался.

– Кто – он? – насторожилась Иззи.

– Дружок твой. Этот мистер Хлыщ. Красавец, что увивался за тобой.

Иззи покраснела. Мысль столкнуться на свадьбе с Джорди пугала ее больше всего.

– Я… не знаю.

Ник молча сел за свой стол спиной к Иззи. Она смотрела на его долговязую, худую спину. Слезы застилали ей глаза. Майк наградил ее зверской улыбкой и тоже уселся работать.

Все оказалось совсем не так, как она думала, но все равно ужасно. Очень ужасно. И вина целиком лежала на ней.

Невзирая на целый поток приглашений, Барти решила поселиться в отеле «Кларидж», посчитав это лучшим решением. Ее ужасала предстоящая встреча с Адель. Та наверняка догадалась, что Иззи ей все рассказала. Кто еще мог знать? Скорее всего, Венеция. Больше никто. Себастьян явно не знал. Дженна допытывалась, почему они не остановились в доме на Чейни-уок. Ну уж нет: остановиться там с двумя девчонками-подростками было бы верным способом накликать несчастье. Свадьба была назначена на десятое марта. Пятого числа Чарли отвез их в Айдлуайлд, крепко обнял и расцеловал девочек. Барти он обнял лишь слегка, ограничившись поцелуем в лоб. Она смотрела ему вслед и удивлялась, что не испытывает никаких эмоций. Ни злости, ни грусти, ни презрения. Даже ощущения собственной глупости не было. Легкое холодное недовольство и такое же легкое удивление, что когда-то она могла испытывать к этому человеку какие-то чувства. Наверное, все эмоции появятся потом, быть может, даже захлестнут ее. Пока же она была благодарна возможности отдохнуть от Чарли.

Кэти, само собой, заревела в голос и не могла успокоиться, пока они не поднялись в самолет. Там слезы высохли. Ее захватила новизна ощущений. Она впервые летела на самолете. Кэти вовсю глазела в иллюминатор на удалявшуюся землю. В это время в проходе появилась стюардесса, предлагавшая леденцы, апельсиновый сок и даже шампанское. Кэти безумно захотелось шампанского.

– Нет, – отрезала Барти. – Никакого шампанского. Ни тебе, Кэти, ни Дженне.

Девочки уставились на нее, удивляясь категоричности ее тона. Затем, подталкивая друг друга, стали выгибать брови и хихикать. Барти это слегка раздражало. И не только их глупый подростковый смех. Отныне на ее плечи ложилась еще одна ноша, которую придется нести, наверное, до совершеннолетия Кэти. Вдруг эта девчонка пойдет по стопам матери и деда и станет алкоголичкой?

– Дорогой, я хочу с тобой поговорить.

Глаза Элспет с большой нежностью смотрели на Кейра. Она подала ему тарелку с его любимым рыбным пирогом. Сегодня жена показалась Кейру не только нежной, но и чем-то взволнованной. Кейр отхлебнул воды. Вино они позволяли себе лишь по особым случаям.

– И о чем же ты хочешь поговорить? – с некоторой настороженностью спросил он.

– Я… я должна тебе кое-что сообщить.

– И что же?