Шрифт:
Радищев задумал написать серьезное экономическое исследование. В «Описании моего владения» он хотел дать не только описание хозяйства крепостной деревни, но и предложить «способы к лучшему хозяйству», то-есть поставить на научно-экономической почве вопрос о крепостном праве, о необходимости ликвидировать его.
И здесь он был самобытен и шел своими путями. В отличие от многих других экономистов XVIII века Радищев в «Описании моего владения» исходил не из интересов помещичьего хозяйства, а брал в качестве объекта изучения крестьянское хозяйство. Радищев, как ученый-экономист, в этом своем труде и в ряде высказываний в «Путешествии» впервые в русской литературе вскрыл основные черты крепостнического способа производства, показал классовую непримиримость интересов крестьян и помещиков.
По существу, это было возвратом к тому же вопросу, который ставился Радищевым в знаменитом «Путешествии». «Блаженны, блаженны, если бы весь плод трудов ваших был ваш — пишет Радищев в самом начале «Описания моего владения». — Но, о горестное напоминовение! ниву селянин возделывает чуждую, и сам, сам чужд есть, увы!..»
В ночь на 12 марта 1801 года насильственная смерть императора Павла открыла Александру I дорогу на престол.
Современники рассказывают, что весть о вступлении Александра на престол была «вестью искупленья». Люди плакали от радости, обнимались и поздравляли друг друга.
В манифесте 12 марта о своем вступлении на престол Александр возвещал, что принимает на себя обязанность править народом по законам и «по сердцу своей великой бабки…»
Прошло три с лишним года жизни Радищева под надзором в своем имении, и вот он получил, наконец, полную свободу. Он переехал в Петербург, поразивший его после сибирского безлюдья и сельской тишины в Немцове бурным кипением жизни.
Александр обещал царствовать «по заветам» Екатерины. Это обещание не могло не смутить Радищева. Уж он-то хорошо знал разницу между нарядной, показной стороной и страшной действительностью правления бабки молодого царя!
Нельзя предположить, что зоркий глаз Радищева не разглядел со временем лицемерную политику Александра, много говорившего о предстоящих реформах, но ничего не делавшего для их осуществления. Радищев не верил в благие намерения царя.
В одной из своих поэм — в «Песни исторической», написанной в последний год жизни, Радищев, повествуя о мрачном царствовании римского тирана Тиверия, прямо говорит, что смерть лютого тирана не спасает народ от бедствий.
Коль мучительство нагнуло Во ярем высоку выю, То что нужды, кто им правит: Вождь падет, лицо сменится, Но ярем, ярем пребудет. И, как будто бы в насмешку Роду смертных, тиран новый Будет благ и будет кроток; Но надолго ль, — на мгновенье, А потом он, усугубля Ярость лютости и злобы, Он изрыгнет ад всем в души.Некоторые из современных исследователей не без основания считают, что в образе Тиверия Радищевым изображен Павел I, а в образе «нового тирана» — «благой» и «кроткий» молодой царь.
Радищев дожил до седых волос, «о юношеский «заквас» все еще не был «утушен» испытаниями и тяготами, выпавшими на его долю. Он так жаждал общественной деятельности, направленной на пользу и благо народа, так хотел верить в возможность этой деятельности!
Давно не видели Радищева таким веселым, счастливым. Он поражал всех «молодостью своих седин».
В августе 1801 года его мечты о работе сбылись. Он был назначен членом Комиссии по составлению законов. Он был рад этому своему назначению. Ему казалось, что все, что он перенес и выстрадал, теперь вознаграждено. По заслугам оценены правота его убеждений и чистота совести. Какая благородная задача — исправлять законы, составлять новые на основе правды и справедливости!..
По всей вероятности, привлечение Радищева к активной деятельности произошло не без участия Воронцова, также призванного молодым царем к участию в «преобразовательной» государственной работе.
Радищев вступил «в присутствие» 13 августа. Он побывал в Москве на коронации и, вернувшись оттуда, целиком погрузился в работу комиссии.
В своем увлечении Радищев, быть может, сначала и не придал значения тому, что председателем комиссии, то-есть руководителем всей законодательной работы, был назначен чиновник-крепостник П. В. Завадовский, старый делец екатерининских времен, ее бывший фаворит, сделавшийся благодаря благосклонности императрицы в два года миллионером. Про его назначение иронически говорили, что царь «особенно надеялся на помощь графа Петра Завадовского, леность которого и любовь к вину были известны всем и каждому».
Не замечал вначале Радищев в должной мере и того, что в работе комиссии за громкими фразами скрывались не только старые бюрократические навыки и обычаи казенных канцелярий, но и классовый подход к решению всех вопросов. Работа умышленно тормозилась. Члены комиссии, важные сановные старички, искушенные в канцелярских делах, подолгу заседали, совещались, работали не спеша. Составлялись и изменялись планы, делались выписки из законов. Исписывались кипы бумаги, шелестели страницы толстых томов. Медленно, со скрипом работала канцелярская машина.